ОБЩЕЛИТ.РУ СТИХИ
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение.
Поиск    автора |   текст
Авторы Все стихи Отзывы на стихи ЛитФорум Аудиокниги Конкурсы поэзии Моя страница Помощь О сайте поэзии
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль
 
Литературные анонсы:
Реклама на сайте поэзии:

Регистрация на сайте


Яндекс.Метрика

Читальный зал.Персона.Татьяна Кадникова

Автор:
Автор оригинала:
журнал
Жанр:
Здравствуйте, друзья!
Перед вами новый выпуск "Читальный зал.Персона", посвящённый Татьяне Кадниковой.
И снова в центре нашего внимания поэт из провинции, и это, на мой взгляд, блестяще иллюстрирует мысль, что столичная финансовая и политическая гегемония обернулась столичной же творческой ущербностью.Но всё это-наши личные домыслы и претензии.Татьяна Кадникова самоценна вне каких-либо групп и сообществ,-сильная личность, интересный и успешный поэт.Потому интервьюировать Татьяну было особенно увлекательно.Но прежде следует сказать о содержании данного номера.
1.Интервью с Татьяной Кадниковой.
2.Избранные стихотворения автора.
3.Несколько слов о стихотворении Татьяны Кадниковой "Рабочий, что чинит крышу...", Александр Фокеев(фока).


ИНТЕРВЬЮ С ТАТЬЯНОЙ КАДНИКОВОЙ



1.Таня, одно из Ваших самых сильных стихотворений посвящено первой учительнице.
Насколько важно современному поэту уметь учиться?Или гораздо важнее "стоять на ветру"?Вообще, эпоха ученичества может окончиться? Если "да", то чем?
Думаю, в любом возрасте может встретиться мастер, у которого есть чему поучиться. Только в зрелые годы это происходит через призму собственного опыта.
Пока человек учится, то есть, познает мир через каких-то посланников свыше, он живет, не чувствуя возраста. Настоящий учитель — богомданность.
2.В этой связи хочется поговорить об учителях.Кто повлиял, кого выделяете из классиков, современников?
Конечно, лучшие учителя — книги.
В ранней юности очень любила Цветаеву. И так хорошо ее прочувствовала, многое знаю наизусть, прочитала все, что могла, о ее жизни и творчестве. Из советских поэтов перечитываю Рубцова, Евтушенко. До сих пор храню небольшую рецензию Евтушенко на мои стихи, она мне очень дорога.
Позже в мою жизнь вошли эмигранты разных лет: Иванов, Бродский. Из переводных близки— Рильке, Лорка. Из современников: Рыжий, Бородицкая. В прозе — Чехов, Толстой. Из современников выделяю Улицкую. Да всех не перечислишь...

3.Таня, а чему сейчас учат в Литинституте?Насколько полученные знания нашли воплощение в художественной практике?
Начнем с того, что я поступила на семинар прозы, как сказочница, по прозе и защитила диплом., но с удовольствием посещала несколько поэтических семинаров.
В литинституте меня научили не бояться критики. Многие приезжают с непомерными амбициями, а начинать приходится с чистого листа. На первый курс набирали 150 человек, а окончила его едва ли пятая часть. Я поступила в зрелом возрасте, это был мой сознательный выбор, о котором я не жалею. Думаю, я, приехавшая из глубинки, стала гораздо смелее в творческих опытах.

4.Люди бросили дома и сбережения, уйдя в Сеть.То же произошло и с современной литературой.Насколько Вы уютно чувствуете себя на литературный порталах?Какие они, таланты и поклонники?
Начала свое путешествие в Интернет с «Литсовета». Потом —«Общелит», где меня приняли очень тепло и «Стихи.ru».
Когда человек представляет свое искусство публично, он должен быть готов, что это может кому-то не понравиться. Многим сетевым авторам приходилось сталкиваться с прямым проявлением агрессии.
К достоинствам сетевого общения причисляю расширение географии, появление публикаций за рубежом: на Украине, в Канаде, США, Германии, завязывание отношений с интересными людьми из разных концов света.
5А есть ли враги?Что человек должен сотворить, чтобы почувствовать на себе Ваш пристальный взгляд?
Врагов я стараюсь не разводить в больших количествах: утомляют разборками, надоедает доказывать, что есть белое, а что — черное; человека, мне неприятного, всеми способами исключаю из круга общения.
А чтобы мне понравиться, думаю, меня нужно удивить.
6.Таня, расскажите нам о своей "печатной истории": альманахи, журналы, сборники, книги стихов.
Пишу давно, но с большими перерывами. Я выпустила несколько поэтических сборников «Я- Незнакомка», «Частное пространство» и «Портрет дома № 12», в 2010 году подготовила к печати «Чистое время года». В эту книгу включила избранное и стихи за последние два года. Сборники «Пьеса для воздушного шарика» и «Когда звезды падают...» — прозаические, вышли несколько лет назад.
А журналы... Наверное, всех не перечислишь. В прошлом году «Северная Аврора» (Санкт-Петербург) и Edita( Германия).
Несколько лет сотрудничаю с детским журналом «Кукумбер» (г. Москва), недавно там были напечатаны мои рассказы и сказки.
7.Отдельный вопрос-по конкурсам.Что выигрывали?

Была отмечена в конкурсах: «Согласование времен», «Литературная Вена», «Перекресток» «Русский stil». Попала по итогам в несколько альманахов.
В своей области несколько лет назад получила «Гранатовый браслет» и премию им. М.Ю.Лермонтова. «Гранатовый браслет» — конкурс-премия, связанный с именем моего земляка А.И.Куприна, запомнился тем, что до последнего момента сохранялась интрига: кто победил? Тем приятнее была награда.
Участвую в конкурсах с интересом. Победа — не самоцель. Любой конкурс — расширение читательской аудитории. Не понимаю авторов, которые пишут в «стол» и испытывают от этого удовлетворение. Мне нужна обратная связь, выражение глаз читателей, их эмоции.

8.Интересно, в какой степени власть эксплуатирует в хорошем смысле Ваш талант:Вы проводите вечера?поэтические семинары?чувствуете ли Вы ежедневный интерес к себе как к поэту в своём родном городе?
Не скажу, что чувствую особый интерес к себе в своем городе и, признаюсь, что не слишком от этого страдаю. В маленьких городах формируется определенный вкус, чаще всего определяющийся политикой господствующего литературного объединения, и есть авторы гораздо меня популярнее.
Выступаю со стихами, когда мне нужна живая эмоция общения с читателем, чаще всего приглашают в университеты, так что, несмотря на «взрослость», я работаю с молодой аудиторией. Случается выступать перед детьми, обожаю эту благодарную публику.
Проводимые мной семинары связаны с профессиональной деятельностью: я руковожу клубами прозаиков сразу в двух городах в Заречном и в Пензе. Выступаю в качестве члена жюри во всевозможных творческих конкурсах. Год назад пригласили судить международный конкурс «Согласование времен». Тогда поняла, насколько трудно и престижно в таком конкурсе быть замеченной: уровень подборок очень высокий.
Но большую часть сил и времени отдаю двум основным работам: я заведующая библиотекой семейного чтения (г. Заречный) и редактор отдела прозы литературно-художественного журнала «Сура» (г. Пенза)
9.Во многих Ваших текстах угадываются реальные герои.Так Ваша дочь-совершенно странствующий персонаж(красиво кочует из текста в текст; рабочий, чинящий крышу; опять же первая учительница; герои курортной истории).Такое впечатление, что всех любимых или просто значимых для Вашего быта людей Вы уводите с собой, в стихию-в свою систему координат.Насколько они меняются при этом?
Все мои герои — абсолютно реальные, даже «обыкновенная белая кошка», глухая, но «не лишенная интеллекта», соседи, одалживающие картошку, «женщина в розовой шляпе».
В последней книге есть даже автор «Общелита» Цви.
Переселяясь в виртуальное пространство, мои герои становятся терпимее и человечнее, неуязвимее и сильнее. Они знают, ради чего живут, нытье, пессимизм исключены из цветовой палитры.
Художественное пространство и жизнь проекцируются друг на друга. Мои персонажи участвуют в преображении мира — ради этого затевается любое творчество.
10.И уже традиционный вопрос, который я задаю всем гостям:какой, на Ваш взгляд, будет поэзия через 100 лет?
Могу только надеяться, что лучшая ее часть перестанет быть поэзией «для критиков», а вернется к широкому читателю.

ИЗБРАННЫЕ СТИХОТВОРЕНИЯ ТАТЬЯНЫ КАДНИКОВОЙ

Настоящее

1.

Я родилась в зеленом квартале—
Был дом наш за вишней невидим глазу.
И мама, развернув кулечек, рыдала:
Я как-то не приглянулась ей сразу.
Она, по-моему, всех удивить хотела,
Но смущала ее моя голова большая.
И я, извиваясь синюшным телом,
Маму свою утешала.
Но папа сказал: пойдет! — утверждая,
Когда я на него исподлобья глядела.
Всю свою жизнь родителей я уважала,
За себя такую, на совесть сделанную.

2.

Потом были книги — и этот запах
В душе моей с тех пор растревожен.
Они сами выпрыгивали из шкафа
И в мои руки вкладывались, как в ножны.
И, сидя в сарае, забытом Богом,
Среди лоскутков и сеток несчитаных.
Я узнала, что у человека самое дорогое—
Это он сам, отягощенный прочитанным.

3.

А еще были мальчики. Им целоваться
Хотелось, а мне — не очень,
Мама сказала, что все это лучше свадьбою
Завершать, с первой брачной ночью.
Но ночь случилась обычная, без тайны,
Да и зачем все украшать какими-то тонкостями?!
Я проснулась, без стыда, без раскаяния —
Мудрою до жестокости.

4.

От института осталось мало:
Профессор в шапке, побитой молью.
Последний рубль на дне кармана.
Подружка в кожаной куртке с блестящей молнией.
Частенько просыпаясь в чужой постели,
Но снова ныряя в тебя, дрянная заочка,
Пропахшие куревом и алкогольным коктейлем,
Мы над тетрадями корчились ночью.
Подружка успела замуж за какого-то сноба.
И я, надевая на шпильке первые босоножки,
Уж знала, что мало в учебе самой учебы,
Но много красивых встреч, как детей в матрешке.

5.

Хотя родители умерли, мне снится, что они живы.
Что они меня рассматривают, как когда-то в детстве.
Строчки про смерть в жизненной книжке лживы,
Пока кто-то носит тебя в своем сердце.
Пока кто-то говорит: «Это его чашка, халат,
Проигрыватель. Пожалуйста, не трогайте!».
С годами почему-то все чаще и чаще
Мамина пластинка играет негромкая.

6.

Живя в этом чужом и несколько странном городе,
Где людские приветствия — как варенье тягучее,
Я стараюсь говорить необходимыми всем глаголами,
Словно пряча части речи самые лучшие.
И, видя, как из рук выпархивают ящерицы,
Растут под ногами цветы, привезенные из заповедников,
Я убеждаюсь, что это и есть настоящее,
И надо его любить, а не привередничать.


* * *
Меня преследует
Скрип качелей:
В нем голосочки
Слепых котят.
Все листья с тополя
Облетели —
А качели останавливаться не хотят.

Все дело в том, что они пустые,
С дощечками, разбитыми в пух и прах.
Девочка — сандалики голубые —
Выросла в тетеньку на каблуках.

Встала поодаль.
В стеклах очков — качели,
Гриб-мухомор на фоне тяг-перетяг.
Все листья с тополя
Облетели,
А качели…
Останавливаться не хотят!




Тихое счастье

Светится белая печка.
Старая лампа чадит.
Тихий-претихий кузнечик
Ночью в окошко глядит.
Мягко упали на стулья
Желтые косы луны,
Две его дочки уснули
Возле уставшей жены,
Позы приняв человечьи,
Руки раскинув во сне.
Завтра все вместе кузнечить
Будут они на копне.
Солнце положат в тележку,
Дружно покатят домой.
День этот в лютиках нежных
Снился им долгой зимой.
Ночью июльской — ни звука,
Лег бы кузнечик на печь,
Если б не сладкая мука—
Тихое счастье стеречь.

* * *
У тебя глаза – как у праздника.
В них – таинственный, сладкий миг.
Разноцветные краски дразнятся,
И живительный бьет родник.

Мне б смотреться в них, безобразничать!
Речь застольная, шутки, смех.
У тебя глаза, как у праздника,
Неожиданные для всех.

Пляшут гости. С крыльца парадного
Ночь цыганским махнет платком.
У тебя глаза, как у праздника,
Не задержатся ни на ком.

* * *
Вечные стадии: бабочка-куколка.
Только порядок я их перепутала.
Бабочка, куколкой став неожиданно,
Сделалась вдруг до того раздражительной!

В сереньком коконе мумией скорчившись,
Стала до странности вдруг несговорчивой!
В прежнюю жизнь свою дунула-плюнула.
В старый сундук свои крылья засунула.

Стала носить она шали и тапочки.
Старенькой бабушкой
Сделалась бабочка!



* * *
Да нет, Москва уже не та.
– Взгляните: справа – Храм Христа
Спасителя.
– Народу!
–И-И-И-И!
– Святые мощи привезли…
И люди за мощами
Стоят, как за вещами
Когда-то двадцать лет назад –
Одеть ребенка в детский сад.
И лица их озарены,
И снятся этим людям сны:
Пришел хозяин всех вещей.
Пришел хозяин всех мощей,
Все стало в жизни по местам.
Привет, Москва!
Твой стыд и срам – прекрасный храм –
Фальшивый храм.
А Бог на храм и не глядит.
Со мной в автобусе сидит.


* * *
Вот дуреха! Забыла лицо!
В темноте проступает неявно…
Он, конечно же, был подлецом,
И, конечно, красивым, как дьявол.

Он сидел где-то там, в глубине,
И молчал. Лишь глаза полыхали.
Я его принимала, как снег!
Я о нем говорила стихами!

И, стерев его образ на треть
(так резинкой стираю в блокноте),
Я не жить с ним хочу —
Умереть
На высокой и трепетной ноте.

* * *
Здравствуй, Сахар-Рафинадович из десятого подьезда!
Это я кручу «Катюшу» на своем магнитофоне,
Чтоб ты вечером немножко отдыхал от мрачных мыслей:
Кто ворует помидоры на твоей убогой даче?
Кто ворует?
Кто ворует?
Здравствуй, Вера Сарафановна из девятого подъезда.
Это я кручу «Катюшу» на своем магнитофоне,
Чтобы ты крутила груши вечерами энергичней.

Здравствуй, друг Помятобрюкин, из подвального подъезда,
С комаром на голом торсе.
Знамо дело, помидоры
Выпивоху обобрали.
Это я кручу «Катюшу». Что-то там внутри заело.
Это я ночами плачу, жизнь проходит, жизнь проходит.
Кто ворует?
Кто ворует?


Старушка и диван

Старушка однажды на свалку пришла,
Чтоб выбрать диван по душе.
Чтоб пели пружины, как только ложилась,
И мягко качали ее.

Старушка диван наконец-то нашла,
Он был чуть постарше нее.
И был он в цветочек, имел локоточек.
И ножки три штуки имел.

Старушка легонько диван подняла,
Взвалила на плечи его,
Хоть весил он тонну и был не картонным,
Но ноша не тянет своя.

И крыса, что в этом диване жила,
Подумала: «Ну и дела!».


***
На кладбище жил человек без губы.
Он очень любил голубые гробы.
Небесного цвета,
Как небушко летом.
Он знал — не уйдешь от судьбы.

***
Смотрите: это я иду вдалеке...
Глаза на весь мир загадочно сузила.
Веду стихотворение на поводке —
В вас влюбленного белого пуделя.

***
В Заречном-Сити ночь светла,
И звезды тяжелы и сладки.
И в книгу хочется сверстать
Любимые свои тетрадки.
В ней будет ночь и города.
Один, как наш, но безымянный.
Горит над городом звезда.
А под звездою борода
Несет куда-то там Руслана.
Русалка будет, будет кот,
И я меж ними — слабый призрак.
Короче, все наоборот,
Но все ж правдивее, чем в жизни.
И только капельку больней,
И только чуть необъяснимей.
Вы только верьте, люди, мне!
И я вас сделаю счастливей.

***
Нет, люди никогда не умирают —
Они от нас шарами улетают.

Прекрасными воздушными шарами,
Наполненными южными ветрами.

И даже те, которых мы любили,
Становятся шарами голубыми.

И даже те, что жили, как в пустыне,
Становятся шарами золотыми.

Зачем им эпитафии и розы?
Летят в закат шаров воздушных гроздья.

И, повернувшись к солнцу нежным боком,
Неспешно размышляют о высоком.

Рене и Цви

У меня есть два знакомых в Интернете, РЕНЕ и ЦВИ,
про которых не знаю точно, мужчины они или женщины.
Когда они взвизгивают на восклицательных знаках,
я думаю, что — женщины.
Когда они понимают меня лучше, чем я сама себя,
думаю, что — мужчины.
Когда они пишут блестящие вещи, думаю, что — женщины,
но когда при этом хвалят меня, думаю, что — мужчины.

***
Женщина говорила с Богом
На языке удивительно русском:
О погоде и о разводе,
И о своем здоровье хрупком,
Она говорила с Богом неслышно,
Даже сквозь чуткий сон недолгий,
И тут услышал ее Всевышний,
И там, на небе седьмом, растрогался.
Он дал ей дом, хорошего мужа,
Но этим не сделал глаза ее светлыми,
Просто она не знала, что ей нужно,
Возможно, всего лишь выплакаться в жилетку.




Потомкам

Моя книга — крайняя справа.
Нетрудно найти ее.
Она никогда не будет программной,
Так как беспартийная.
Мне не надо красного, жаркого
Шарфика в поцелуях болельщиков.
Я плачу, когда мне жалко,
Я вас жалею.
Можно побыть вашим добрым Богом?
Видите вот это стихотворение?
Вставайте с того и этого бока,
Я вас согрею.
Я всеми строчками вам улыбаюсь,
Эксцентричная — в брюках и с тростью.
Вы — мои внуки, я — ваша бабушка,
С этим все просто.
Книга — моя! И пускай себе тленна —
Столько вокруг огня и дыма!
Я не хочу быть похожей на Ленина.
Я хочу быть любимой.

***
Женщина — то, что ее отражает:
Стекла, мужчины, припавшие жертвенно.
Женщина с возрастом дорожает,
Если она настоящая женщина.

Если она тяжелую голову
Держит, как балерина Уланова.
Если она не стыдится спать голая
Или в кого-то влюбиться внепланово.

Жизнь, с ее дальними остановками,
Где вечерами прохладно и мусорно,
Не притупив ощущения нового,
Кажется ей ослепительной музыкой.

Шторы откроет и выйдет актрисою:
Ветреной юности хвост ей не грезится.
Плачет пластинками, кружится дисками
Счастливо пьяная в возрасте трезвости.

***
Когда начинаешь у дочки одалживать кофточки
И лак для ногтей воровать потихонечку,
То, значит, она тебе в спину глядит снисходительно:
Известно сей барыне старой служанки вредительство.

Последняя милость: она со мной ходит по улице за руку.
А завтра, как змей, отвязавшись, взмывает над воздухом.
...Дает мне советы, как будто сама уже замужем,
А я собираюсь, но только она мне пока не позволила.

Куда посадить мне ее, королеву знакомую, Господи?
Как с ней говорить: на китайском, а может, японском?
...Когда ей звонят, отвечает она моим голосом —
То эхо из детства, где все меня любят и помнят.



***
Блаженство августа вишневого,
И тишь зажата в кулаке,
И ничего нет в жизни нового,
Лишь только небо вдалеке,

По горизонту слишком плоское,
Несовершенное, как блин.
Но даже эту вот полосочку
Мы никогда не повторим.


Ветеран
Она, кажется, всех родней,
Всех дороже для старика —.
Лижет кошка, белей, чем снег,
Ноготь, желтый от табака.
У него в орденах пиджак—
До Берлина старик дошел.
«На обед, —мне сказал, — лапша.
И ухаживают хорошо.
Разве горе мое война?
Позабыли меня сыны...
Дряхлость, дочка да седина —
Наказание без вины».
Я к нему прихожу с утра,
Только слов не найду пока.
На окошке горит герань.
Молодая кровь старика.




***
В аквариумных рыбах есть печаль,
Как будто рыбы проглотили солнце.
И кажется, с тех пор они молчат —
Загадочно, лучисто и весомо.

В аквариумных рыбах есть тоска —
Безудержно-пиратская — по дому.
И каждая есть стих или рассказ
Серебряной чешуйкой по живому.

В аквариумных рыбах есть любовь
К мучителям. Так все, кто в заточенье,
Пришедших принимают за богов,
Подсветку — за небесное свеченье.




АЛЕКСАНДР ФОКЕЕВ(ФОКА)

Нужно ли латать свою крышу?
(несколько слов о стихотворении Татьяны Кадниковой «Рабочий, что чинит крышу,…»)

Сначала о том, какими выводами завершится представленная вниманию статья, а потом перейду непосредственно к теме.
Таковые выводы есть:
-противоречия открывают путь истине;
-тому, кто в «своем уме» это не понравится;
-у чувства меры, как эстетического императива, - нет застывших границ.
Пусть читателя не смущает такое начало: статья, как отмечено, посвящена указанному стихотворению. И, конечно, тем, кому подобные выводы не по душе – лучше отложить чтение. Статья состоит из двух частей. Не имея опыта подобных работ, я столкнулся с большими трудностями, связанными, как и с построением сюжета, так и со стилистикой, потому как хочется сказать много, а коротко не получается. Но, вот и первая часть статьи.

Рабочий, что чинит крышу,…
Автор: Кадникова Татьяна

Рабочий, что чинит крышу,
Не видит меня и не слышит.
Смотрю я, как он усердно
Сгибается в ватнике сером,
И кровля его в ладонях,
Как женщина, нежно стонет.
Залил он жарой гудронной
Бедра ее скол неровный,
И лава его запаяла
Дыру, что меж ног зияла.
Теперь он возьмет передышку
И лампу-звезду подмышку.
На самый конек взойдя,
Табачным дымком подышит,
Беседуя с тем, кто выше,
Рабочий, что чинит крышу
И небо после дождя.

Поначалу, стихотворение мне не понравилось: резко звучащие фразы, технические несуразности (в плане представления объекта). Но, слава Богу, нет привычки сразу отмахиваться от всего, что не показалось приятным. И еще, я не обращаю внимания на ритмические сбои и отступления от формы, если они не приводят к перераспределению ударных слогов, коверкающих слова. Здесь этого нет. И сказал я к тому, что, не являясь профессиональным критиком в области поэзии, я опущу разбор присущих для стихотворения понятий как рифма, ее структура, размер и так далее. Я могу говорить только о своих эмоциях, о своих впечатлениях.
Случайное наблюдение рисует невероятные картины развития обыденного сюжета. Но если, мы начнем все воспринимать буквально – мы разочаруемся. Нет, попытайтесь войти в поле чувств автора и начать вместе с ним с о ч у в с т в о в а т ь. Конечно, не всегда подобное действие удается. И мне думается, что сама возможность свершения этого и легкость, с которой это происходит, как раз и свидетельствует о нашей внутренней готовности воспринимать творчество. Как и все задатки, данные нам природой, и этот – умение сопереживать, сочувствовать вместе с автором, - и можно, и необходимо развивать.
Но если мы готовы, то направление нашего невольного стремления к сочувствованию теперь целиком определяется автором. Куда ведет нас автор сознательно ли, или сам, ведомый своими внутренними устремлениями – мы узнаем только тогда, когда наполнимся всеми эмоциями и ощущениями, перелитыми автором в стихотворение. Ситуация здесь не простая. Достаточно ясно, что автор поглощен эротическими переживаниями. В подобной ситуации некоторые авторы не избегут, очевидно, появления легкого налета пошлости. Либо, чтобы избежать этого, ограничатся схематической зарисовкой, свободной от какой бы то ни было эмоциональности. Ни того, ни другого здесь нет. Сюжет переполнен чувствами. Чувства заполняют нас и все ближнее пространство, и устремляются выше и выше вместе с дымом как жертвенный дар Тому, без кого все было бы серо и буднично.
В моем представлении дым, поднимающийся вверх из печной трубы, или из трубки – это пуповина, связующая нас с небом: как через пуповину передается питание и отводятся продукты жизнедеятельности и эмоциональные, и физиологические, так и мы получаем божественные импульсы и, в обратном движении, передаем все, что в нас есть и хорошего и плохого.
В моей жизни встречались люди, с некоторыми из которых я был в приятельских отношениях, имеющие способность говорить в определенных ситуациях стихами: хотя и с незначительными пробелами в рифме, и с перебоями ритма, но с такой внутренней логикой, с такой привязкой к ситуации, что я просто немел от восхищения. Следует отдать им должное: они никогда не пытались перенести это на бумагу. И, слава Богу! Потому как, если я пытался сделать запись, - при прочтении все расплывалось и таяло снежинками на ладонях. Это были не стихи, это были репортажи.
В прочитанном, и читаемом нами стихотворении мы обходимся без крыши, без рабочего – перед нами только раскрытая книга и настольная лампа. Сумел автор закружить нас эмоциями? Да, потому что автор – мастер, который приобщил нас к Искусству.
Иногда я думаю, а что собственно заставляет нас читать то или иное стихотворение не один раз, подходить к одному и тому же полотну и опять смотреть, и смотреть? Да, по большому счету, мы руководствуемся сложившимся общественным мнением. Очевидно, что для поддержания баланса культуры и невежества так и надо. Но все ли мы видим и чувствуем, основываясь только на общественной оценке? Вспоминаю экскурсию по Эрмитажу. Рубенс «Союз земли и воды». К Рубенсу и к Рембрандту относился стандартно: знал, что великие, но трепета от созерцания их работ не испытывал. Экскурсовод не стал нас переубеждать в нашем умеренном заблуждении. «Картина выполнена по политическому заказу... объединение одной провинции с другой… женщина средних лет…со следами былой красоты…но тело рыхлое…увядающее…смотреть, вообще, не на что…Но!
Подойдите ближе, присмотритесь к телу, наполовину скрытого водой тифона, трубящего в раковину! Присмотритесь к его груди – там, на коже блестит маленькая капелька воды. Она живая! Она вот-вот скатится! Именно здесь вы увидите Рубенса, его мастерство, его гениальность, наконец!». Может быть, скажу несколько высокопарно, но подобную «капельку» стараюсь рассмотреть во всем, что хотя бы чуть-чуть «расшевеливает» мои чувства. Сколько работ, размещенных на поэтических порталах, так и пролетают мимо только потому, что у нас нет особого желания отыскивать в них крупинки мастерства. Дает ли нам Татьяна Кадникова возможность в представленной ей банальной ситуации увидеть путь к пониманию апофеоза творчества? Читайте и увидите…
Возможно, я так и не подобрался к тем выводам, о которых говорил в начале. Возможно, это будет в продолжении. Но, с частью поставленной задачи – оценить работу Татьяны Кадниковой, - мне, по-видимому, справиться удалось.

Александр Фокеев 29 января 2011 года



Мы были рады новой встрече с вами, дорогие читатели.Ждём Ваших пожеланий и отзывов. Благодарим за сотрудничество Александра Фокеева.
Этими и другими текстами Татьяны Кадниковой можно насладиться здесь: http://www.obshelit.ru/users/ktv/







Читатели (1502) Добавить отзыв
Может я что то не понял поэтому прошу обьяснить следующее "Женщина говорила с Богом//на языке удивительно русском." почему именно так -"удивительно"?
"Лижет кошка,белей чем снег,//Ноготь,жёлтый от табака." какой всё таки ноготь,"белей чем снег" или "жёлтый от табака"?
С уважением.
29/12/2011 12:36
От kirsanov99
Это тропы.Причём,не самые сложные.
http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A2%D1%80%D0%BE%D0%BF
29/12/2011 15:43
Татьяна, хочу сказать спасибо за Ваши стихи - Вам как автору и Олегу Жданову - в данном случае - как человеку, съинициировавшему встречу с Вами... Мне понравились все Ваши истории, представленные здесь. Понравились интонации, то - как Вы "ворочаете" словесной массой, как неким тестом, которое спустя незаметное время превращается в хлеб и... вот он уже спелый - во рту... Мне нравится именно такая лирика, которая трогает негромким голосом, но касаясь при этом очень глубоких и самое главное - узнаваемых вещей. Буквально, каждый Ваш текст заключает в себе открытие... старого, деликатно делая его новым... Налицо, как говорится, та самая искомая общность опыта! Эот бесценный и необходимый предмет, без которого всякое искусство не состоится.

Пименов Сергей.
С уважением и радостью.
13/02/2011 16:36
Спасибо, Александр, за интересное видение, для меня это было сюрпризом.
12/02/2011 18:50
Особенно понравилось "РЕНЕ И ЦВИ".
Теперь я понимаю, почему Цви любит и ушами и глазами одновременно.
12/02/2011 02:55
Борис,здравствуйте.
Тексы для выпуска отбирал я(Олег Жданов).Данный текст интересен мне по многим причинам.В том числе он характеризует Татьяну как открытую к общению на литпорталах-качество важное,способствующее взаимообогащению.На месте "Цви" вполне могло располагаться и "Фри",и "Фи"-любой никнейм,исключающий чёткое представление о половой принадлежности.
12/02/2011 12:22
Спасибо, Олег! Это как будто я, но в телевизоре или за стеклом.
12/02/2011 18:44
Таня,здравствуйте!
Я хочу Вас поблагодарить и извиниться.Поблагодарить за ту возможность учиться,которая мне предоставилась при общении с Вами в процессе подготовки этого выпуска.Извиниться за тех странных людей,которые любой материал используют в своих нелитературных(политических,маниакальных и т.д.)целях.Таких здесь единицы.Большинство же действительно увлечено поэзией.
Спасибо Вам за творчество,Таня.
13/02/2011 11:23
<< < 1 > >>
 
Современная литература - стихи