ОБЩЕЛИТ.РУ - СТИХИ
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение.
Поиск    автора |   текст
Авторы Все стихи Отзывы на стихи ЛитФорум Аудиокниги Конкурсы поэзии Моя страница Помощь О сайте поэзии
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль
 
Литературные анонсы:
Реклама на сайте поэзии:

Регистрация на сайте


Яндекс.Метрика

Любимый всеми: о Юрии Васильевиче Селенском

Автор:
Автор оригинала:
ДИНА НЕМИРОВСКАЯ
Жанр:
ЮРИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ СЕЛЕНСКИЙ (ГАЛИШНИКОВ)

Родился: 16 июня 1922 г., г. Астрахань
Умер: 22 июля 1983 г., г. Астрахань

Биография

16 июня 2017 года исполнилось 95 лет со дня рождения Юрия Васильевича Селенского (Галишникова)

ЕГО КОСТЁР НЕ ГАСНЕТ

Юрий Васильевич Селенский (16 июня 1922 - 22 июля 1983), ушедший из жизни на шестьдесят втором году, оставил богатое наследие – помимо ранних, тоненьких, но неизменно талантливых книг, подобных «Автографу на вобле» или «Пешком с пустым мешком», это и «Крутая рамень» (М., «Современник», 1973 г.), объединившая четыре повести о Нижней Волге и Северном Каспии, и книга повестей и рассказов «Моряна – ветер шалый» (Нижне-Волжское издательство, 1980 г.), куда, помимо авантюрных похождений квартирного маклера Севы Булочки, читать о которых теперь без улыбки невозможно, вошла повесть «Свал глубин», где писатель остаётся верен своей теме – пишет о речниках и моряках Волги и Каспия. В «Царевом морце», повести, вышедшей в свет вместе с легендарным произведением Селенского «Не расти у дороги» (М., «Современник», 1987), писатель ведёт серьёзный разговор о взаимосвязанности человека и природы, о святом долге сберегать её.

Таких книг Ю. Селенского, как «Если погаснет костер», «Две пригоршни моря», «Свал глубин», «Одна тревожная ночь», его пьес, массы юмористических рассказов и днём с огнём не отыскать сегодня в книжных магазинах, а жаль… Юным посетителям городских и областных библиотек стоит задержаться у стен¬дов с ними, а после попросить почитать. Уверяю, скучать не придётся!

Река и море у Селенского живые. Они являются одухотворёнными героями повествования, и в этой неразрывной связи людей и природы – своеобразие творческого почерка автора.

Юрий Галишников родился в Астрахани и выбрал себе чисто астраханский псевдоним. Его родители разошлись рано, но лишь много позже Юрий Васильевич узнал о том, что его отец был репрессирован и реабилитирован посмертно.

О Юрии Селенском писали, пишут и будут писать. В своей книге «Встречи в пути» Игорь Бодров вспоминал: «Нелегко жилось Юрию Селенскому, как, впрочем, и всякому талантливому писателю, уважающему своё произведение, не обменивающему его ни на милость вышестоящих покровителей, ни на пресловутого золотого тельца. Наветы, зачисление в ранг ненадёжных (Юрия Селенского местные власти не выпускали даже в туристическую поездку за рубеж), вынужденная газетная подёнщина вопреки большим литературным замыслам, упрёки в очернительстве…

Но всё это не сломило писателя. Он остался верным своему призванию, своей родной Астрахани, хотя и были предложения перебраться в столицу.

Один из центральных журналов окрестил Юрия Селенского «газетным поэтом Прикаспия». Столь высоко оценивалась его многолетняя журналистская работа в астраханской областной газете «Волга».

На страницах этой и по сей день самой читаемой в нашем городе, да и не только в нём, газеты печатались замечательные очерки Селенского о рыбаках Волги и Южного Каспия, о чабанах и овощеводах, художниках и актёрах, размышления о судьбе удивительной природы Волжского Понизовья, исторические эссе о прошлом Астраханского края.

Есть в Астрахани улица Селенского, «где он рос и куда, уже будучи взрослым, не раз возвращался, любуясь этими улочками своего детства, которые любому, не связанному с ними особым чувством, показались бы грязными и запущенными,» - делилась своими воспоминаниями о совместной работе в редакции с Юрием Селенским Ирина Юрченко.

Нам, заставшим писателя при жизни, редкостно повезло. Шутник и острослов, изрекший однажды: «Если когда-то что-то и прославит писательскую организацию, так это «Дихлофос», был любим литературной астраханской молодёжью, как никто иной. Нам довелось застать и уникальное рукописное издание, каждый выпуск которого был поистине шедевральным. В этой, по выражению художника Александра Камкина, «достаточно интеллигентной худо-бедно литературной очень-очень филологически озабоченной стенгазете» многие рубрики были придуманы Ю.В. Селенским. Он был автором «Мемориала» - взгляда в прошлое…»

«Дихлофос», - как вспоминает А.С. Марков, - выпускался в самые «застойные годы». Несмотря ни на что, жизнь била ключом. Газета выходила регулярно и вывешивалась в чайной. Чайную стали называть дихлофосной. Потом Селенский умер. Произошёл сбой. Не стало руководящего и вдохновляющего начала…»

Свои детские похождения Селенский живо и сочно описал в повести «Не расти у дороги» - последнем завершённом произведении. А ведь оставалось столько замыслов: например, о пребывании в Астрахани Дюма…

Главным героем повести «Не расти у дороги» сам автор назвал Астрахань. Селенский разделял мнение Александра Маркова о том, что время неумолимо заметает тропки истории, выветривает из людской памяти события, судьбы, и поэтому большим счастьем является возможность воскрешать их из прошлого.

«Автобиографический герой повести лиричен, - отмечает Владимир Чебыкин в издании «Литературная критика Астраханского края» (Астрахань, издательство «Форзац», 1987), - В связи с этим отмечу, что лирическая проза привлекает внимание критиков, вызывая горячие споры о сущности и судьбах интересного явления.

Уместно напомнить, что на грани семидесятых годов разгорелась дискуссия о жизненности лирической прозы и её перспективах. Даже было выдвинуто положение о «затухании» лирической прозы. Во всех спорах прослеживалось стремление определить стилевое своеобразие лирической прозы.

Лиризм может выступать как особенность романтического стиля и стать организующим началом сугубо реалистических произведений. Именно это наблюдается у Селенского.

«Не расти у дороги» - последняя книга Ю. Селенского, которую не довелось увидеть автору, вновь зарекомендовавшему себя мастером лирической прозы…

Писатель проявил способность говорить о лирической точке зрения в ещё более расширенном смысле – как о такой эстетической способности человека, которая конденсирует его интимные переживания и в области искусства, и в сфере обыденной жизни. Личную точку зрения Селенский подчеркнул названием своего произведения.

В маленьком герое, как отметил А.С. Марков, - видится воплощение тех черт человеческой натуры, которые для Селенского были идеалом: энергия, мужество, готовность без лишних слов и рассуждений встать на защиту добра и справедливости.

Александр Сергеевич Марков познакомился с Селенским в 1957 году, когда работал в вечерней школе рабочей молодежи и по совместительству - художником-ретушёром в молодежной газете “Комсомолец Каспия”. В этом человеке, рассказывает он, подкупали высокий профессионализм, беззаветная любовь к родному краю, глубокая порядочность, искренность, сердечность, верность дружбе, помноженные на яркий талант. Особенно притягательно его поразительное чувство юмора. Юрий Васильевич находил малейший повод для шутки, розыгрыша, эпиграммы. Но всё это было с такой добротой, что никого не обижало. Примером тому стала созданная по его инициативе рукописная газета местной писательской организации “Дихлофос”. “Мы хотим вынуть бревно из собственного глаза, прежде чем разглядывать соринку в чужом,”- таково было кредо этого сатирического из¬дания.

Александр Марков написал, что Юрий Селенский был совестью местной писательской организации («Волга», 1992, 12 июня). Вот отрывки из книги А. Маркова "Ускользающее время":

«Читал рукопись Юрия Селенского «Не расти у дороги», которую мне дали для рецензирования. Повесть автобиографична, хотя в предисловии автор пишет: «Эта повесть не приключения Тома Сойера и его приятеля Гека. Тем более не мемуары и не запоздалое исповедание. Просто у каждого бывает детство…»

И перед нами предстает без всяких прикрас полная приключений и превратностей жизнь селенского сорванца. Недаром Юрий Васильевич и псевдоним выбрал – Селенский. Настоящая его фамилия – Галишников.

В повести прекрасно показаны все нюансы быта астраханцев 20 – 30-х годов. Есть любопытные экскурсы в историю, написанные с одной, ему присущей усмешкой. Например: «К православному кладбищу вела не ахти богатая, но прямая, как луч света, улица Духосошественская. В детском сознании Гошки, не без бабушкиного влияния, она представлялась улицей, по которой тихо и торжественно шествуют духи. Мал-то мал, а понимал: сколько ни озирайся, ни крути головой – духов не увидишь, на то они и духи. А того, что она просто, без всякой чертовщины, именуется так по названию небольшой и давно снесенной церквушки Сошествия Святого Духа на апостолов, он не знал. И когда скорбной этой улице присвоили имя Софьи Перовской, то столь высокой чести удивилась бы и сама Софья Львовна, окончившая свой революционный путь на царской виселице. Возможно предположить, что как член исполкома «Народной воли» она бы робко попросила назвать её именем другую улицу, а этой присвоить другое, более нейтральное имя. Но в том-то и закавыка, что памятью о мёртвых правят живые, а мёртвые сраму не имут».

По-разному отнеслись люди в наивной мечте Гошки Потехина о прекрасном – вырастить пальму. Своего героя писатель показывает в различных ситуациях. В итоге перед читателями во всей полноте предстаёт дитя улицы. Как отмечает литературовед В. Чебыкин, добиться этого стоило немалых усилий:

«Давайте примем во внимание, что в своё детство возвращается уже взрослый автор. Решил, что пусть мальчишки живут в том именно времени и в той среде, в которой прошли их детские годы. Легко сказать, а сделать непросто».

Литературный критик отмечает, что в повествовании присутствуют как бы два автора, совсем не оторванные друг от друга, находящиеся постоянно рядом:

«Оторвать себя напрочь от Гошки Потехина писателю было далеко не просто. Поэтому старший, рассказывая о младшем, не только смотрит на него со стороны, но пытается уже днём сегодняшним оправдать мудрую пословицу: «Русский мужик задним умом крепок». Как бы на глазах у читателей писатель вместе со своим маленьким героем погружается в то, что называется загадочным словом «время». Делает это для того, чтобы почувствовать обновление мира. Всё то, что дорого ему в теперешнем мире, удивительно перекликается со всем, что осталось в детстве».

В повести немало своеобразных «мостов» между детством и зрелостью, между прошлым и настоящим. Своеобразным «мостиком» можно считать следующее раздумье автора: «Пройдёт ещё много лет, и теперь уже не мама, а бабушка Саша будет тащить за руку упирающуюся, зарёванную внучку Галю по той же красной тропинке среди зелёной муравы к нелескинскому погосту. И Гошка для порядка дёрнет за косу свою дочь, и та, присмирев, прижмётся к нему, и будут искать могилу прабабушки Марьи и не найду её». (Селенский Юрий. Не расти у дороги. М., 1987. С.190).

В лирической прозе, которая не ограничивается единственной повестью, Юрий Васильевич Селенский призывал к вниманию к людям и добру. К этому писателю вполне можно отнести следующие слова: «Помогая людям понять суть таких вопросов, как смысл жизни, счастье, совесть, добро и зло, бескорыстие и эгоизм, искусство перенимает у классиков эстафету гуманизма». («Вопросы литературы», 1976, № 9, С.4).

У писателя Юрия Селенского были такие человеческие качества, о которых говорил академик Д. С. Лихачёв: «В литературе необходимо прежде всего находить человека с добрыми человеческими качествами. А в человеке меня больше всего волнует проявление заботы о других, доброты стремления к улучшению жизни других, и прежде всего своих близких, проявления преданности людям и идее».

Правда, нередко Юрий Васильевич стеснялся показывать свою доброту, напуская на себя внешнюю суровость, иной раз обманывавшую впервые встречающихся с лириком и сатириком людей. Но тех, кто хорошо был знаком с Селенским, напускной суровостью провести было невозможно.

Исключительно чутким и доброжелательным было отношение Селен¬ского к молодёжи. О том, как помогал советами Юрий Васильевич в 70-е го¬ды ему, юноше, только что шагнувшему на творческий путь, любит вспоминать астра¬ханский поэт Борис Свердлов. В одном из журналов "Астрахань. Новое время" был опубликован рассказ Юрия Васильевича Селенского "Пескадор с Рио-Негро". В предисловии Бориса Свердлова, добром и щемящем, сказано о Юрии Селенском то, что сказала бы и сама я, та самая молодая поэтесса, принесшая в СП рукопись "Преданная женщина". Хотя тут путаница вышла. Юрия Селенского нет с нами с 1983 года, а рукопись с таким названием я принесла никак не раньше этак года 1990-го. Но дело не в этом. Дело в том, что моему поколению писателей-поэтов Астрахани повезло. Мы были знакомы с Юрием Селенским!

Итак, Борис Свердлов о Юрии Селенском:

«Я вновь читаю и перечитываю замечательного русского писателя, нашего земляка, Юрия Васильевича Селенского. И счастлив тем, что был лично знаком с этим удивительным человеком.

Минуло двадцать лет, как нет его с нами. Но память...

В библиотеке писательской организации хранятся его книги, в названиях которых иногда сквозил его добрый юмор. "Пешком с пустым мешком..." На книге очерков "Живут возле моря люди" Селенский чёрным фломастером слегка изменил название, и получилась грустная усмешка: "Еле живут возле моря люди и я вместе с ними".

Оригинальный острослов, заводила всех писательских посиделок, он непременно был в центре внимания. Умел шутить, но по-доброму. Однажды молодая поэтесса принесла рукопись стихов, которая называлась "Преданная женщина". Селенский в ту пору был литконсультантом в Союзе, и рукопись попала к нему. Он взял карандаш, зачеркнул "Преданная" и написал сверху: "Проданная женщина". "Так точнее", - подмигнул он.

Я вновь читаю Юрия Селенского и вспоминаю его встречи с читателями – это незабываемо. Нередко мы, молодые, начинающие, выступали вместе с ним. Великолепные рассуждения о творчестве, меткая образность и, главное, юмор завораживали слушателей. Публика (в основном разношерстная) буквально внимала каждому слову писателя. И мне, честно говоря, во время его выступления хотелось сидеть не на сцене, а там, в зале, среди людей, и слушать этого интересного рассказчика.

Последний год жизни Селенский работал над книгой "Дюма в Астрахани". Грустно шутил по этому поводу: "Дюма в Астрахани был, а Селенский в Париже не был. Эту ошибку надо исправить". Шутка превратилась в правду. С группой писателей СП СССР он побывал во Франции в мае 1983 года. Астраханские писатели выпустили сатирическую газету "Дихлофос", полностью посвященную похождениям Селенского в Париже. Было смешно. В июле его не стало.

И последнее... В день похорон было очень жарко. Процессия медленно двигалась по улице Ленина. Когда свернули на Советскую к Морскому садику, самому любимому месту отдыха Юрия Васильевича, все работники бывшего кафе "Моряна", где Селенский был частым гостем, вышли проводить его в последний путь. Факт незначительный. Но мне показалось, что это и есть народная признательность талантливому писателю».

Эти проникновенные строки нашему старшему другу-писателю Юрию Селенскому посвятил ещё один представитель моего поколения, поэт Павел Морозов:

Юрию Селенскому

Мы пришли с тобой к его могиле,
Нас не покорила суета,
Вряд ли он обиделся, что пили
И шутили громко у креста.
Он и сам не прочь был посмеяться
Над судьбой, не веря ни во что,
И порой напоминал паяца
В старом захудалом шапито.
Он и сам шутил бы на погосте
(Мне ль не помнить
этот звонкий смех?!),
Я-то знаю, вы не беспокойтесь:
Он и сам бы выпил больше всех.
Ни цветы, ни мраморная стела
Душу успокоить не могли,
И душа витала, не хотела
Улетать куда-то от земли...
Но когда под веткой чернотала
Ей налили с нами наравне,
То душа впервые пить не стала
И не рассмеялась в тишине...

Посвятил поэму «Селенский» и авторскую песню с таким же названием Юрию Васильевичу и Александр Сахнов:

Сединою над распахнутым пальто,
Красовался он, ребята, на Советской.
В «Арарате» с кем-то схвачено по сто,
И рвалась душа беседою согреться.

До Парижа старику рукой подать,
А рука его не всякому давалась.
Как же больно мне сегодня сознавать,
Что такая песня оборвалась.

Серебрится лес крестовый на Перовской -
С лева, близко, меж акациями тут
Воробьишки разговаривают просто
И пшено носами острыми клюют.

Чьей-то дружеской рукой принесена
Эта дань благоговения немая -
«На могилку мне насыплете пшена» -
Он шутил, ничьи долги не принимая.

До Парижа старику рукой подать,
А рука его не всякому давалась.
Как же больно мне сегодня сознавать,
Что такая песня оборвалась.

Кто читал его, невольно поражён
Лет великих книг его могучим эхом.
Он не вышел миллионным тиражом,
Но зато сумел остаться человеком.

И в грядущие иные времена
Он с достоинством войдёт, как современник.
Верю, правнуки нальют ему вина,
Просто так, из уважения, без денег.

До Парижа старику рукой подать,
А рука его не всякому давалась.
Как же больно мне сегодня сознавать,
Что такая песня, что такая песня,
Что такая песня оборвалась.
Что такая песня оборвалась.

Ко времени прихода литсотрудником в газету “Волга” (1972 г.) Ирины Юрченко Юрий Васильевич там уже давно не работал. Тем не менее, частенько наве¬дывался, к великому удовольствию коллег-журналистов. Как же молодой журналистке было лестно, когда однажды летом такой уже маститый писатель пригласил её после работы прогуляться по роскошному в те годы парку 17-й пристани. Часа три как минимум просидели они на скамейке в тенистой аллее, и Ирина зачарованно слушала его увлекательнейшие рассказы о детстве, истории милых селенских улочек, колоритных городских типажах.

В редакции газеты «Волга» до сих пор помнят розыгрыши неутомимого шутника Ю. Селенского, живы и легенды, о которых рассказывает на творческих встречах обозре-ватель старейшей на Нижней Волге газеты Нина Куликова.

Вот одна из них. Как-то собкор Юрий Селенский отправился в шестидневную командировку на Каспий, в килечную экспедицию. С присущей ему оперативностью написал шесть репортажей с места событий и договорился с судовым радистом, что тот каждый день будет по одному передавать их в редакцию. А сам в это время отправился в Кисловодск. Утром просыпается в санатории, выходит на крыльцо, а навстречу ему... собственной персоной редактор род¬ной газеты Михаил Гаврилович Южаков. Оказалось, в Кисловодске собрали на зональный семинар редакторов южной зоны России. Что было дальше, легенда умалчивает, остаётся толь¬ко догадываться.

Селенский очень любил путешествовать. Пределом его мечтаний был Париж. И не случайно. Задумал он написать повесть о пребывании Александра Дюма в наших краях. “Увидеть Париж - и умереть”, - пошутил он с друзьями. Шутка оказалась трагически пророческой: спустя несколько месяцев после возвращения из Франции писа¬теля не стало. А какая бы это могла быть увлекательная книга... “О Дюма надо писать так же, как он сам, - делился Юрий Васильевич. - Весело, с огром¬ной долей занимательности и еще большей долей вранья”.

При жизни Юрия Сеоенского друзья и коллеги звали дядей Гиляем волжского Понизовья, по аналогии с легендарным королём репортажа Владимиром Гиляровским.

«Говорят, незаменимых нет. Возможно. Но есть неповторимые, что бесспорно. Это люди, о которых бы верующие и атеисты всерьез и в шутку сказали, что их Бог поцеловал в макушку, одарив тем или иным талантом. Люди, которые, в свою очередь, щедро, всей своей жизнью окупали чудесный дар и, завершив зем¬ной путь, становились легендами.

Можно представить, с каким бы размахом нынче отмечалось 90-¬летие Селенского, будь он жив. Заслуги журналиста и писателя перед родным городом огромны. Без преувеличения, до сих пор в нашем крае нет рав¬ных Селенскому по силе таланта, самобытному писательскому стилю, ясности мысли, яркой об¬разности, доброму юмору и хлесткой сатире. Хотя можно и представить реак¬цию на торжество самого юбиляра, не терпевшего помпезности и славословия. Изничтожил бы аллилуйщиков меткими остротами и шутками! Между тем судьба отпустила ему, так любившему жизнь во всех ее проявлениях, на земное существование до обидного мало. И сегодня эта утрата болью отзывается в сердцах тех, кому посчастливилось лично знать Юрия Васильевича.

Многое в Астрахани напоминает о нём. Вот мемо¬риальная доска на доме по ул. Коммунистической, 8, где последние годы он жил. Есть улица его имени. А пройдешь мимо прекратившего свое существование рын¬ка “Селенские исады” и тихо порадуешься, что Юрию Галишникову вовремя пришла идея взять литературный псевдоним в честь весьма колоритной в прошлом го¬родской окраины, где прошло его детство. Главное же, что в домашних библиоте¬ках астраханцев есть его книги, к которым хочется обращаться вновь и вновь. Ведь все они о нашем крае и его людях, о которых автор писал с неподкупной честностью и горячей любовью.

Даты-вехи, которые, казалось бы, грех забывать, в повседневной суете вы¬скальзывают из памяти. Но спасибо тем людям, которые по долгу службы и по душевной потребности напоминают о них», - тепло вспоминала писателя Ирина Юрченко.

В 1998 году Администрацией города Астрахани и Астраханским отделением Союза писателей России была учреждена литературная премия имени Велимира Хлебникова и первым её лауреатом стал Юрий Селенский (посмертно) за повесть «Не расти у дороги».

Юрий Селенский с мальчишества запомнил давнее выражение: «Живые закрывают глаза мёртвым, а мёртвые открывают глаза живым». Давайте же не забывать эту скорбную истину.

… А похоронен Юрий Васильевич всё же у дороги. И, проходя по старому астраханскому кладбищу, невдалеке у ворот остановитесь и положите цветы на памятник в виде белой мраморной книги. Книги жизни.

Дина Немировская

Книги Ю.В. Селенского:

1. Если погаснет костёр. Проза. Рассказы. “Волга”, Астрахань, 1963.
2. Одна тревожная ночь. Проза. Рассказы. Нижне-Волжское книжное издательство. Волгоград, 1966.
3. Пешком с пустым мешком. Рассказы. М., “Современник”, 1966.
4. Автограф на вобле. Рассказы. М., “Современник”, 1971.
5. Хороша в золе картошка. Рассказы, Нижне-Волжское книжное издательство, Волгоград, 1972.
6. Крутая рамень. М., «Современник», 1973.
7. Свал глубин. М., “Современник”, 1980.
8. Моряна – ветер шалый. Повести и рассказы. Нижне-Волжское книжное издательство, Волгоград, 1980.
9. Каспийская повесть (Баня, где парятся ловцы). 1972.
10. Не расти у дороги. Повести. М., “Современник”, 1987.
11. Слово о родном. Очерки. Нижне-Волжское книжное издательство, Волгоград, 1967.
12. Живут возле моря люди. Очерки. М., “Советская Россия”, 1979.
13. Сценарии документальных фильмов “След солёной волны” (1965), “На родине Мальвы” (1967), “Земля Астраханская” (1968). Нижне-Волжская киностудия, Саратов.
14. Фотоальбомы “У реки, у моря”, “Море Каспийское”. М., “Планета”. Статьи Ю. Селенского.

Литература о Ю.В. Селенском:

1. Бодров И. Встречи в пути. Астрахань, 1994.
2. Травушкин Н. У Волги, у Каспия. М., “Современник”, 1985.
3. Марков А. Селенский и море. Газета “Астраханские известия”, № 24, 1992.
4. Немировская Д. Любимый всеми. «Волга»: http://www.volgaru.info/obshchestvo/lyudi-gody-i-sudby/10555-on-s-nami-vsegda-u-dorogi (от 14.08.2013 №116(26375)
5. Немировская д. Его костёр не гаснет. «Астраханский мир» № 26 (798) от 16 июля 2015 года
6. Лепилов В. Он любил юмор. Газета “Астраханские известия”, № 24, 1992.
7. Писателю-земляку Юрию Селенскому исполнилось бы 70 лет… Газета “Астраханские известия”, № 24, 1992.
8. Мацуев Н. Русские советские писатели: материалы для биографического словаря 1917–1967. М., 1981.
9. Евграфов К. Знакомые незнакомцы. Литературные герои и их прототипы. М., “Современник” 1978.

МЫ ПОМНИМ ЮРИЯ СЕЛЕНСКОГО

Телевизионный канал «Астрахань. 7+» в день памяти Юрия Селенского, 22 июля 2015 г., транслировал видесюжет, посвящённый памяти писателя.

Всерьёз волнует жуткое состояние мемориальной таблички, установленной на доме, в котором жил писатель. Стена, окружающая её, испещрена жутким граффити, с конца прошлого века отсутствует подставка для цветов. Также потряс до глубины души факт того, что идущие в кадре по улице Селенского люди моих лет не знают, в честь кого названа улица и никогда не читали повести Юрии Селенского «Не расти у дороги» - по сути, летописи Астрахани двадцатых-тридцатых годов, изложенной в самобытной художественной форме. В повести описаны забавные похождения астраханского подростка Гошки Потехина, прототипом которого является сам писатель Юрий Галишников (псевдоним «Селенский» он взял согласно месту своего тогдашнего проживания – района под названием Селенские Исады), что ещё раз свидетельствует о крайней необходимости переиздания этого уникального произведения.

В произведении прекрасно показаны все нюансы быта астраханцев 20 – 30-х годов.
Есть любопытные экскурсы в историю, написанные с одной, ему присущей усмешкой. Например: «К православному кладбищу вела не ахти богатая, но прямая, как луч света, улица Духосошественская. В детском сознании Гошки, не без бабушкиного влияния, она представлялась улицей, по которой тихо и торжественно шествуют духи. Мал-то мал, а понимал: сколько ни озирайся, ни крути головой – духов не увидишь, на то они и духи. А того, что она просто, без всякой чертовщины, именуется так по названию небольшой и давно снесенной церквушки Сошествия Святого Духа на апостолов, он не знал. И когда скорбной этой улице присвоили имя Софьи Перовской, то столь высокой чести удивилась бы и сама Софья Львовна, окончившая свой революционный путь на царской виселице. Возможно предположить, что как член исполкома «Народной воли» она бы робко попросила назвать её именем другую улицу, а этой присвоить другое, более нейтральное имя. Но в том-то и закавыка, что памятью о мёртвых правят живые, а мёртвые сраму не имут».

Телевизионный сюжет был посвящён дню памяти светоча астраханских литераторов, незабвенного Юрия Васильевича Селенского, которого нужно бы вспоминать отнюдь не только 22 июля.

Александр Марков часто напоминает нам о том, что Юрий Селенский был совестью местной писательской организации. Вот отрывки из книги А.Маркова "Ускользающее время":

Читал рукопись Юрия Селенского «Не расти у дороги», которую мне дали для рецензирования. Повесть автобиографична, хотя в предисловии автор пишет: «Эта повесть не приключения Тома Сойера и его приятеля Гека. Тем более не мемуары и не запоздалое исповедание. Просто у каждого бывает детство…»

Журналистка Марина Гурьянова была на протяжении многих лет внештатным корреспондентом старейшей на Нижней Волге и любимой моими земляками газеты «Волга», прежняя редакционная коллегия которой уделяла вопросам культуры куда большее внимание, нежели нынешняя. Она также была близко знакома с Юрием Селенским, поэтому я и посоветовала Марине Лазаревой обратиться при создании сюжета именно к ней. В её статье «Дядя Гиляй волжского Понизовья» приведены следующие факты из жизни писателя:

«Дядя Гиляй волжского Понизовья - так при жизни называли друзья и коллеги, по аналогии с легендарным королем репортажа Владимиром Гиляровским, замечательного астраханского писателя Юрия Васильевича Селенского.

Говорят, незаменимых нет. Возможно. Но есть неповторимые, что бесспорно. Это люди, о которых бы верующие и атеисты всерьез и в шутку сказали, что их Бог поцеловал в макушку, одарив тем или иным талантом. Люди, которые, в свою очередь, щедро, всей своей жизнью окупали чудесный дар и, завершив зем¬ной путь, становились легендами.

Заслуги журналиста и писателя перед родным городом огромны. Без преувеличения, до сих пор в нашем крае нет рав¬ных Селенскому по силе таланта, самобытному писательскому стилю, ясности мысли, яркой об¬разности, доброму юмору и хлесткой сатире. Хотя можно и представить реак¬цию на торжество самого юбиляра, не терпевшего помпезности и славословия. Изничтожил бы аллилуйщиков меткими остротами и шутками! Между тем судьба отпустила ему, так любившему жизнь во всех ее проявлениях, на земное существование до обидного мало. И эта утрата болью отзывается в сердцах тех, кому посчастливилось лично знать Юрия Васильевича.

Многое в Астрахани напоминает о нём. Вот мемо¬риальная доска на доме по ул. Коммунистической, 8, где последние годы он жил. Есть улица его имени. А пройдешь мимо прекратившего свое существование рын¬ка “Селенские исады” и тихо порадуешься, что Юрию Галишникову вовремя пришла идея взять литературный псевдоним в честь весьма колоритной в прошлом го¬родской окраины, где прошло его детство. Главное же, что в домашних библиоте¬ках астраханцев есть его книги, к которым хочется обращаться вновь и вновь. Ведь все они о нашем крае и его людях, о которых автор писал с неподкупной честностью и горячей любовью.

Уже после смерти Юрия Васильевича вышла его последняя книга “Не расти у дороги”, и в ней я находила те самые эпизоды его биографии.

И в редакции газеты «Волга» до сих пор помнят его розыгрыши, живы и легенды, о которых рассказала на встрече обозреватель “Волги” Нина Куликова. Вот одна из них. Как-то собкор Юрий Селенский отправился в шестидневную командировку на Каспий, в килечную экспедицию. С присущей ему оперативностью написал шесть репортажей с места событий и договорился с судовым радистом, что тот каждый день будет по-одному передавать их в редакцию. А сам в это время отправился в Кисловодск. Утром просыпается в санатории, выходит на крыльцо, а навстречу ему... собственной персоной редактор род¬ной газеты Михаил Гаврилович Южаков. Оказалось, в Кисловодске собрали на зональный семинар редакторов южной зоны России. Что было дальше, легенда умалчивает, остается толь¬ко догадываться.

Селенский очень любил путешествовать. Пределом его мечтаний был Париж. И не случайно. Задумал он написать повесть о пребывании Александра Дюма в наших краях. “Увидеть Париж - и умереть”, - пошутил он с друзьями. Шутка оказалась трагически пророческой: спустя несколько месяцев после возвращения из Франции писа¬теля не стало. А какая бы это могла быть увлекательная книга...

“О Дюма надо писать так же, как он сам, - делился Юрий Васильевич. - Весело, с огром¬ной долей занимательности и еще большей долей вранья”.

Сколько прекрасных творений оставил нам Юрий Селенский: «Две пригоршни моря”, “Крутая рамень”, ”Срочно меняется квартира”, “Свал глубин”, “Моряна - ветер шалый”, “Не расти у дороги”, “Одна тревожная ночь”, масса рассказов. Теперь их уже не найти в книжных магазинах, а жаль… Юным посетителям музея культуры стоит задержаться у стен¬да с ними, а после пойти в библиотеку и попросить почитать...»

«Он не вышел миллионным тиражом, но зато сумел остаться Человеком», - так поётся в песне «Селенский» Александра Сахнова.

… А люди, шествующие по улице имени Юрия Селенского, на вопрос Марины Лазаревой о том, знают ли они, в честь кого названа эта улица, либо недоумённо пожимали плечами, либо говорили, что в честь кого-то их фронтовиков, героев революции или космонавтов. И были это отнюдь не молодые люди.

Что же останется в память тем астраханцам, которые подрастают сегодня? Доведётся ли им прочесть «Не расти у дороги» и другие удивительные произведения писателя Селенского? Смогут ли они возложить цветы на мемориальную доску дома, в котором жил и работал писатель на ул. Коммунистическая, 8, стена вокруг которой будет, наконец, очищена от жуткого граффити? Вопросы пока остаются без ответов…
Дина Немировская

ПОЭТЫ, ПИСАТЕЛИ И ЖУРНАЛИСТЫ АСТРАХАНИ О ЮРИИ СЕЛЕНСКОМ

В радиозаписи, созданной на АГТРК «Лотос» в июне 2007 года, Николай Ваганов охарактеризовал Юрия Селенского столь метким определением, как «абсолютно конвертируемый писатель». Под этим определением поэт Ваганов подразумевал то, что Селенский был душой писательской организации, любимцем молодых литераторов, остроумным человеком и самым талантливым из астраханских прозаиков второй половины двадцатого века, для которого не было проблемой создание киносценариев, замечательных очерков, блестящих репортажей, издание книг в Москве. Ваганов подчеркнул, что к Селенскому ещё вернутся и будут переиздавать его книги. В радиоэфире поэт напомнил слушателям о том, что этого писателя можно переводить на все языки, вспомнил, что сюжет, позже использованный Виктором Астафьевым в романе «Царь-рыба» предворил астраханец Юрий Селенский в переведённом на польский язык рассказе «Полынья» и что произведение нашего земляка было не менее блистательным, чем у Астафьева.

Из воспоминаний поэта Владимира Мухина:

"Я вырос с книгами Юрия Селенского, и когда сам начал заниматься литературным творчеством, то естественно, познакомился с автором... Потом были совместные поездки по стране, семинары, литературные выступления.. Лёгкий по жизни, в книгах своих он горек и сатиричен, а под флёром ироничности проглядывает житейский и человеческий трагизм..

Уже в шестидесятых годах он с тревогой говорил об экологии, о том, что каскад речных ГЭС погубят великую кормилицу Волгу и разрушат природное равновесие Нижнего Поволжья... тогда с ним спорили, но сейчас, я думаю, спорщиков уже не найдёшь -последствия очевидны...

Однажды в поездке по Кольскому полуострову мы оказались на экспериментальной электростанции, использующей энергию морских приливов, и Юрий Васильевич несколько часов говорил с инженером-конструктором о возможностях и характеристиках этих станций... сказалась былая журналистская хватка-во всём дойти до самой сути...

Где-то в фотоархиве у меня осталась фотография, где он одиноко всматривается в это необычное сооружение, словно пытаясь понять - на верном ли пути стоит стоит человечество?

Эпизод из той же поездки. Нас привезли на экскурсию- Кольскую АЭС.Выдали японские дозиметры, чтобы утверить нас в полной безопасности... даже предложили опуститься в шахту, где шел ремонт... Я, конечно, легко согласился, на что Юрий Васильевич чётко среагировал:

- Стой, дурак, ты ещё пригодишься своей семье! - и за рукав оттащил меня от лестницы, ведущей вниз... До катастрофы на Чернобыле оставалось четыре года..."

Об авторском фильме Марины Лазаревой «Городской роман длиною в жизнь», посвящённом Юрию Селенскому, и не только о фильме...

26 сентября 2016 года в конференц-зале Астраханской Областной научной библиотеки имени Н.К. Крупской с успехом прошла презентация авторского фильма Лазаревой «Юрий Селенский. Городской роман длиною в жизнь».

К личности Юрия Васильевича Селенского, неутомимого шутника и острослова, обращались и продолжают обращаться многие современные писатели, поэты и журналисты. Все, кто знал и любил Селенского, кому редкостно повезло общаться и дружить с ним, собрались в тот день на премьерный показ фильма.

«Он родился и вырос в одном из старинных районов Астрахани - Селении. Он и псевдоним-то себе взял по названию этого района. Так Юрий Васильевич Галишников стал Юрием Селенским. Талантливый журналист, серьёзный писатель, он мог бы войти в когорту столичной писательской элиты, но, как патриот малой родины, он предпочёл остаться творить на астраханской земле. Однако далеко не все знают, кто такой Селенский», - так начала фильм Лазарева, после чего отправилась на улицу имени писателя, попутно расспрашивая о нём прохожих. В ходе опроса выяснилось, что многие из прохожих вообще не знали, кто это такой, некоторые относили его к героям Великой Отечественной войны, а кто-то причислил даже к отряду космонавтов…
Фильм М. Лазаревой содержит рассказ краеведа Александра Маркова, близко знавшего и дружившего с Селенским. Марков рассказал о том, как к его другу тянулись люди, потому что он был отражением жизни астраханской.

Александр Сергеевич Марков поведал и о том, что познакомился с Селенским в 1957 году, когда работал в вечерней школе рабочей молодежи и по совместительству - художником-ретушёром в молодежной газете «Комсомолец Каспия». «В этом человеке, - сказал краевед, - подкупали высокий профессионализм, беззаветная любовь к родному краю, глубокая порядочность, искренность, сердечность, верность дружбе, помноженные на яркий талант. Особенно притягательным было его поразительное чувство юмора. Юрий Васильевич находил малейший повод для шутки, розыгрыша, эпиграммы. Но всё это было с такой добротой, что никого не обижало. Примером тому созданная по его инициативе рукописная газета местной писательской организации «Дихлофос». «Мы хотим вынуть бревно из собственного глаза, прежде чем разглядывать соринку в чужом» - таково было кредо этого сатирического издания».

По меткому определению ближайшего друга Селенского художника Александра Камкина в «достаточно интеллигентной худо-бедно литературной очень-очень филологически озабоченной стенгазете» многие рубрики которой были придуманы Ю.В. Селенским. Он был автором «Мемориала» - взгляда в прошлое…».

«Если когда-то что-то и прославит писательскую организацию, так это «Дихлофос», – шутил Юрий Васильевич.
«Дихлофос», - отметил при обсуждении фильма А.С. Марков, - выпускался в самые «застойные годы». Несмотря ни на что, жизнь била ключом. Газета выходила регулярно и вывешивалась в чайной. Чайную стали называть дихлофосной. Потом Селенский умер. Произошёл сбой. Не стало руководящего и вдохновляющего начала…».

«Юрий Селенский был гражданином города. Он любил этот город, - отметил краевед, - в повести «Не расти у дороги он писал: «Для меня этот город стал наказанием на всю жизнь. Возможно, за любовь к нему».

Основу фильма составили не только воспоминания краеведа Александра Маркова, но также и рассказы о Селенском Марины Гурьяновой, близко знакомой с писателем. Марин Германовна поведала о том, что корреспонденты газеты «Волга» до сих пор помнят его розыгрыши.

Живы и легенды, о которых рассказала на встрече обозре¬ватель «Волги» Нина Куликова. Вот одна из них. Как-то собкор Юрий Селенский отправился в шестидневную командировку на Каспий, в килечную экспедицию. С присущей ему оперативностью написал шесть репортажей с места событий и договорился с судовым радистом, что тот каждый день будет по одному передавать их в редакцию. А сам в это время отправился в Кисловодск. Утром просыпается в санатории, выходит на крыльцо, а навстречу ему... собственной персоной редактор род¬ной газеты Михаил Гаврилович Южаков. Оказалось, в Кисловодске собрали на зональный семинар редакторов южной зоны России. Что было дальше, легенда умалчивает, остается толь¬ко догадываться.
«О Дюма надо писать так же, как он сам, - делился творческими планами Юрий Васильевич. - Весело, с огром¬ной долей занимательности и ещё большей долей вранья».

Показ фильма сопровождала демонстрация фотографий, трепетно сохранённых их автором – бывшим астраханским, а ныне столичным поэтом Владимиром Мухиным, где Юрий Селенский запечатлён на берегах Волги и Баренцева моря, а также в астраханском заповеднике. Говорилось о том, что река и море у Селенского живые. Они являются одухотворёнными героями повествования, и в этой неразрывной связи людей и природы – своеобразие творческого почерка автора.

Несмотря на то, что после просмотра фильма решено было начать работу над книгой о Юрии Селенском, поскольку близится столетие со дня его рождения, работа Лазаревой могла бы получиться гораздо интереснее, если бы та включила в фильм воспоминания о писателе его ушедших друзей и коллег. К примеру, отчего бы было не привести цитату из книги Игоря Бодрова «Встречи в пути»? Сохранились также интереснейшие воспоминания журналистки Ирины Юрченко (Соловьёвой), которые с лёгкостью можно отыскать как на литературных порталах Интернета, так и на портале «Вечная память».

Уместно было бы процитировать (если не пригласить на съёмки!) и Геннадия Ростовского, поэта, поживающего в Знаменске и редко выбирающегося в Астрахань: «С Юрием Селенским (Галишниковым) мне приходилось встречаться, когда я был совсем ещё зелёным юношей, пробующим свои силы на ниве поэзии. Помню его как человека, любящего острое словцо, умеющего и удачно, беззлобно шутить, и выдавать по ходу мысли, похожие на афоризмы. Как-то при мне он сказал про Астрахань: «Чем больше я её ругаю - тем больше я её люблю».

При жизни Юрия Селенского друзья и коллеги звали дядей Гиляем волжского Понизовья, по аналогии с легендарным королём репортажа Владимиром Гиляровским. Об этом сравнении автор фильма также умолчала.

В фильме не было процитировано ни единого стихотворения, посвящённого писателю. А ведь их много! Это и поэма Сахнова «Селенский», и стихи Павла Морозова, и стихотворения автора этих строк. Да и стихов самого Юрия Васильевича, который, как известно, писал не только прозу, в фильме Лазаревой не прозвучало.

Но самой непростительной ошибкой считаю то, что автор фильма обошла стороной плачевное состояние испещрённой жуткого вида граффити мемориальной доски на доме по улице Молодая Гвардия, где в последние годы жил писатель. Грядёт столетие со дня рождения светоча астраханских литераторов. Фильм мог бы стать отправной точкой для того, чтобы привести, наконец, в порядок и мемориальную доску, и улицу, носящую имя писателя, и место его захоронения. Не сказано ни слова было и о том, что давно пора переиздать повесть Селенского «Не расти у дороги», где с блеском описаны все нюансы быта астраханцев двадцатых-тридцатых годов минувшего столетия с любопытными экскурсами в историю, написанные с присущей Юрию Васильевичу усмешкой.

Да и вместо песни об Астрахани Александры Костиной на стихи Нинели Мордовиной, завершающей фильм, куда уместнее было бы включить одну из песен Александра Сахнова, который близко дружил с писателем, - «По улице Селенского» или «Селенский» («Сединою над распахнутым пальто…»).

Многие просчёты объясняются тем, что Марина Лазарева вошла в литературу поздно и лично не была знакома с Юрием Васильевичем Селенским. Куда удачнее получился её авторский фильм, посвящённый Адихану Шадрину. Но это уже "совсем другая история"...

Дина Немировская

СЕЛЕНСКИЙ В АСТРАХАНИ И В ПАРИЖЕ...
Многим хорошо известно творчество астраханки, члена Союза писателей России, поэтессы и журналиста Марины Константиновны Лазаревой. Поначалу её основной профессиональной деятельностью была чисто техническая сфера – проектирование линий и систем электроснабжения.
Но любовь к прекрасному миру художественного слова, а также любовь к родному Астраханскому краю, природе дельты Волги; желание написать о мире вокруг нас, широкий кругозор сделали её профессионалом пера в разных жанрах литературных произведений.
Первый авторский фильм Марины Лазаревой, презентация которого успешно прошла в Областной научной библиотеке им. Н. К. Крупской, называется «Юрий Селенский. Городской роман длиною в жизнь».
Понятно, что главный герой фильма – наш замечательный земляк, участник Великой Отечественной войны, известный писатель и публицист Юрий Васильевич Селенский (Галишников) (1922 – 1983 гг.), чьё светлое имя достойно носит одна из улиц Астрахани. Творческий псевдоним «Селенский» Юрий Васильевич взял себе потому, что многие годы его жизни, начиная с детства, прошли в районе Селенских Исад.
Отснятый фильм – сохранённые воспоминания о Ю. В. Селенском, о котором рассказывают его знакомые и товарищи по перу: Александр Сергеевич Марков, Марина Германовна Гурьянова и другие астраханцы, выступавшие на презентации в конференц-зале ОНБ им. Н.К. Крупской. За сравнительно недолгую жизнь писатель-фронтовик Юрий Селенский успел написать много прекрасных литературных произведений. Это книги: «Если погаснет костёр», «Не расти у дороги», «Слово о родном», «Хороша в золе картошка», «Живут возле моря люди», «Одна тревожная ночь», «Две пригоршни моря», в которой автор частично описывает свою жизнь, и другие.
Пришедшие на презентацию с интересом ознакомились с подготовленной к этому событию книжной выставкой «О сокровенном». В экспозицию выставки вошли: графический портрет Юрия Селенского, написанный его другом Александром Сергеевичем Марковым, на котором он сделал дарственную надпись своему дорогому другу – автору портрета, книга-фотоальбом «Море Каспий», фотоснимки к которой выполнил наш знаменитый земляк, прославленный фотолетописец Великой Отечественной войны Марк Степанович Редькин, книга «Автограф на вобле» с одноимённым рассказом в ней, повествующим о встрече с живым символом Советского театрального юмора – Аркадием Исаковичем Райкиным, и другие произведения.
Во время презентации авторского фильма М. Лазаревой говорилось о трудовой деятельности Ю. Селенского в областной газете «Волга» и на областном радио, о его встрече с Юрием Борисовичем Левитаном – знаменитым советским диктором, бессмертный голос которого в течение многих десятилетий олицетворял радиовещание всех происходивших в нашей стране грандиозных событий, и с другими известными людьми.
Журналист и писатель Ю. Селенский отличался большим чувством юмора и острословием. Это хорошо известно по его литературным произведениям и по воспоминаниям всех, кто его знал. Сам Юрий Васильевич в шутку называл себя – злоязычником. Вспомнили старую курьёзную историю в Астраханском планетарии, когда показывавший звёзды в телескоп астроном-любитель, известный астраханский писатель Василий Петрович Лепилов сказал Юрию Васильевичу, что он по звёздам посредством телескопа узнаёт точное время. А в итоге выяснилось, что Василий Петрович направлял объектив телескопа на …часы башни колокольни Астраханского кремля, которые можно образно назвать Астраханскими курантами.
Основная «изюминка» этой остроумной истории в том, что В. П. Лепилов сумел так разыграть самого Селенского, человека, всегда умевшего очень оригинально разыгрывать многих знакомых и друзей!
Юрию Васильевичу радушно предлагали переехать жить и трудиться в Москву. Москва желала его видеть столичным писателем! Но он отказался. Как и отказался от подобного предложения его друг известный астраханский художник Александр Игорьевич Камкин, проживавший в последние годы с ним в одном доме возле книжного магазина «Современник».
Юрий Васильевич и Александр Игоревич очень любили Волгу, Каспий. Они часто встречались с рыбаками, рабочими и служащими промышленных предприятий Астраханского края и не желали уехать со своей малой Родины даже в столицу СССР. Вспоминая дружбу художника слова и художника графики и живописи, на презентации продемонстрировали фотоснимок в шутку названный «Три кактуса», где возле кактуса сфотографированы Ю. Селенский и А. Камкин. «Кактусами» в шутку художники литературного и изобразительного искусств назвали себя из-за острословия и присущего им юмора.
Помимо известных нам прозаических произведений Юрий Васильевич Селенский, как вспоминают его знакомые, писал стихи.
В процессе творческой деятельности писателю Ю. Селенскому приходилось жить и трудиться на известной даче в Переделкино. Во время одной из его творческих командировок в Переделкино на даче случился пожар и Юрий Васильевич, спасая имущество, вытащил из огня книгу Мариэтты Сергеевны Шагинян «Семья Ульяновых» с печатью библиотеки Корнея Ивановича Чуковского. Эту книгу А.С. Марков демонстрировал собравшимся в конференц-зале.
Также Александр Сергеевич Марков показал вышедшую в начале 50-х годов книгу, где опубликованы очерки Юрия Селенского, которые до этого публиковались на газетных страницах. Очерки в том сборнике – его первые печатные материалы, до выхода в свет его первой отдельной книги «Если погаснет костёр».
Эпизоды фильма, связанные с работой писателя с берегов Волги в областной газете «Волга», показали известных Астраханских журналистов и публицистов – руководящих работников СМИ Михаила Филипповича Зингера и Александра Георгиевича Шляхова, посвятивших много десятилетий самоотверженному труду в прессе, и производственный процесс типографии издательства «Волга».
В фильм вошли кадры старой кинохроники и кадры из фильма про столицу Франции Париж. И это не случайно. Дюма был в Астрахани, а Селенский не был в Париже! Этого нельзя допустить… Так и в шутку, и в серьёз говорил Юрий Васильевич, когда вместе с А. Марковым собирались писать книгу о пребывании Александра Дюма в Астрахани. Но перед отъездом в Париж в обкоме стоял вопрос о поездке писателя за границу, препятствием к которой был аргумент: «Да этот острослов вдруг что-нибудь не то скажет!» Но тогдашний председатель Астраханской организации Союза писателей Адихан Измайлович Шадрин активно отстаивал положительное решение этого вопроса. Приехав из Парижа, Юрий Васильевич рассказывал много интересного о столице Франции. Он отметил, что французы не пришли в восторг от великолепно приготовленной и красочно упакованной астраханской воблы, объясняя, что им больше по вкусу … лягушачьи лапки.
К сожалению, вскоре после поездки в Париж Юрий Васильевич Селенский ушёл из жизни. Обострилось тяжёлое онкологическое заболевание, и когда уже усилия врачей оказались безрезультатными, он, не теряя чувства юмора, высказывал аргумент, перефразируя знаменитую Суворовскую мудрость: «Тяжело в лечении, легко – в гробу…» Он просил на его могиле посыпать пшена: «пусть воробушки поклюют». Фразу «Живые закрывают глаза мёртвым, а мёртвые открывают глаза живым» Юрий Васильевич Селенский пронёс с самого детства через всю жизнь.
…На доме, где жил этот писатель, в 90-х годах установили мемориальную доску. На Астраханском областном радио нередко звучали рассказы Юрия Селенского, один из которых «Глиняная Нэлли», где как, я понял, именем Нэлли автор нарёк скульптуру девушки-спортсменки, стоявшую в парке на Семнадцатой пристани. Книги этого мастера художественного слова занимают достойное место в фондах государственных и личных библиотек! Имя Селенского вместе с именами Шадрина и Маркова воспето в стихотворении известного астраханского поэта и прозаика Сергея Викторовича Нуртазина.
В рамках мероприятия директор областной научной библиотеки им. Н.К. Крупской Светлана Геннадьевна Ганина торжественно вручила цветы и подарочный сувенирный коллаж из написанных им книг почётному гражданину города Астрахани и обладателю других высоких званий и регалий, писателю – краеведу А. С. Маркову в честь прошедшего в сентябре его 85-летнего юбилея!
На презентации авторского фильма Марины Лазаревой выступили астраханские литераторы: председатель Астраханского отделения Союза писателей России Юрий Николаевич Щербаков, его заместитель, астраханский поэт, писатель и издатель Борис Аркадьевич Свердлов, который был лично хорошо знаком с Ю. В. Селенским, вспомнил, как Юрий Васильевич был зачинателем создания в Астраханской писательской организации стенгазеты «Дихлофос», а его и его сподвижников называл «мои младшие товарищи», и известный журналист и публицист Нина Ивановна Куликова, которая много лет заведовала отделом культуры в областной газете «Волга», высказавшая достойное предложение написать отдельную книгу о Селенском, отметив, что фильм – первый шаг к этому.
Хочется надеяться, что в следующий год столетнего юбилея Октябрьской революции, когда будет отмечаться 90 лет со дня рождения Ю.В. Селенского, будет подготовлена и выпущена отдельная книга об этом достойном человеке!
Александр Стародубский, публикация материала: http://www.kprfast.ru/news/othernews/70468-selenskij-v-astrakhani-i-v-parizhe.html (портал Астраханского областного отделения КПРФ)


Со страницы памяти Юрия Селенского портала «Вечная память» http://www.pam30.ru/people/item/164/:
Ю. Селенский:«Мальчишкой я запомнил древнее выражение: «Живые закрывают глаза мертвым, а мертвые открывают глаза живым». Эта скорбная истина долго жила во мне не осмысленной полностью. Чем больше я жил, учился, читал, думал, тем более убеждался в её суровой и непреложной правдивости».
«Сегодня - 23 июля - прилетели в Астрахань. Приехали домой в 11 часов вечера. Приняв душ, я сел за стол и стал перебирать накопившуюся почту, которую без нас вынимала из почтового ящика сестра Таня. Из стопки газет взял верхнюю, за сегодняшнее число. Это была «Волга». На последней странице бросился в глаза заголовок «Памяти товарища». Стал читать дальше: «22 июля ушёл из жизни Юрий Васильевич Селенский-Галишников - коммунист, писатель, журналист. Умер хороший человек, верный товарищ и друг, страстно влюблённый в свой родной край, в Волжское Понизовье и его замечательных тружеников. Их трудовые подвиги воспевал он в газетных очерках и книгах, в сценариях своих кинофильмов»...
Я бросился к телефону. Шадрин рассказал, что вначале думали, что у Юры радикулит. Но когда врачи провели тщательное обследование, то оказалось, что у него рак лёгкого, и метастазы уже проникли в позвоночник. Селенский давно болел раком кожи. На лице его то появлялись, то исчезали болячки. Но он к этому привык и успокаивал себя, что с лица воду не пить. Но эта коварная болезнь проникла внутрь организма. Похороны послезавтра в три часа.
25 июля. Два дня почти не спал. Очень подействовала на меня смерть Юрия Васильевича. Ведь вот только недавно мы балагурили и шутили относительно его поездки в Париж, выпустили юмористический «Дихлофос», где он был главным действующим лицом. И вот этого человека не стало. Пока живы его товарищи, мы помним его во всей его неповторимой индивидуальности, которую не передать никаким описанием. Но когда исчезнем и мы, никто не сможет представить его таким, каким он был, останутся только его книги, которые лишь в какой-то мере отразят психологию автора.
И так с каждым писателем, да и просто человеком.
Утром поехал в писательскую организацию. Там уже собрались все писатели. Из Волгограда на похороны Селенского приехал секретарь писательской организации Владимир Богомолов. Венок на могилу он купил в Астрахани, но не было надписи на ленте. Попросили меня, и я быстро написал гуашью: «Юрию Васильевичу Селенскому от писателей Волгограда».
К 12 часам поехали на квартиру Селенского. Юрий Васильевич, уже обряженный, лежал в гробу. А на стене сбоку висела деревянная аптечка, которую он сам же мастерил, и на ней написано: «Тяжело в лечении - легко в гробу». Какая горькая ирония! Он сильно изменился, похудел, оброс бородой. И все же мне казалось, что его отрешённое лицо дрогнет, он откроет глаза, подмигнёт и скажет: «Ну, чего уставились? И не противно вам смотреть на безобразного, обросшего старика?»
В 12 часов гроб повезли в клуб журналистов, где началось прощание с покойным. К выносу тела собрались многие журналисты газет, радио и телевидения... Похоронили Юрия Васильевича на старом кладбище, которое он воспел в своей книге «Не расти у дороги» и которое было закрыто для похорон ещё в апреле. Помню, он тогда бросил фразу: «И тут мне не повезло»…
А.С. Марков
Юрий Васильевич Галишников (Селенский) родился в городе Астрахани. Отец Галишников Василий Иванович, 1875 г.р., - из крестьян. Мать Бударина Александра Михайловна, 1897 г.р., - из крестьян. Оба родом из Воронежской области. К моменту рождения сына – совслужащие. Селенский – это псевдоним писателя, выбранный им по названию района Астрахани – Селения, где он родился и провёл своё детство. Истоки его особой юмористическо-ироничной манеры, «ёмкого русского слова с озорнинкой» именно оттуда -- из детства, из городского фольклора, из частушек, припевок, остроумной, живой речи обитателей городских окраин. Позже он объездил, исходил все поволжские и прикаспийские сёла, знал их как свои пять пальцев и отразил свои многочисленные наблюдения в рассказах, повестях и очерках. Юрий Галишников учился в школе и одновременно занимался в аэроклубе – мечтал стать лётчиком. Потом учился на рабфаке рыбвтуза. Литературным трудом начал заниматься, будучи ещё студентом. Первый сборник рассказов «Если погаснет костёр» вышел в 1963 году. В мае 1966 года после выхода в свет второй книги «Одна тревожная ночь» был принят в члены Союза писателя СССР. При жизни писателя вышли в свет 13 его книг. Последняя книга «Не расти у дороги», в которую вошли две повести «Не расти у дороги» и «Царёво морцо», увидела свет после его смерти. Работал журналистом областной газеты и радио.

«Просто у каждого бывает детство»
Юрий Васильевич Галишников псевдоним – Селенский – взял по месту рождения. Селение – одна из колоритнейших в прошлом окраина города. Здесь жили кузнецы, бондари, возчики, пристанские рабочие, обеспечивающие своим трудом флотилию маломерных тогда рыболовецких судов. Здесь прошло детство, юность будущего писателя.
Немного было за плечами Селенского, когда началась война: рабфак, аэроклуб и неполных 19 лет жизни. Курсантом-шлифовальщи¬ком попал он в Сталинград в январе 1942 года, ког¬да там ещё не начинались бои. А уже в самый разгар боев ему довелось плавать речником на нефтекара¬ванах, летать воздушным стрелком, служить авиа-механиком. В 1946 году, после демобилизации на¬чинает работать журналис¬том, является сотрудником областного радио, а затем газеты «Волга». Позднее оканчивает высшую пар¬тийную школу, высшие литературные курсы. Став писателем, целиком отдал¬ся литературному труду.
Селенский — автор значи¬тельного количества книг: «Слово о родном» (о селах Травино и Каралат), «Авто¬граф на вобле», «Хороша в золе картошка», "Моряна — ветер шалый" и других.
Об одной его книге «Не расти у дороги» хочется поговорить особо. «Эта по¬весть не приключения Тома Сойера и его приятеля Гека. Тем более, это не мемуары и не запоздалое исповедание. Просто у каждого бывает детство...», - написал Се¬ленский в предисловии к книге «Не расти у дороги». Да, действительно, детство бывает у каждого. У каждо¬го оно свое, неповторимое.
Детство автора прошло на Селении, в старом рабочем районе. Жизнь он узнавал не с парадной стороны, а в точных бытовых подроб¬ностях: видел, как работают грузчики - астраханцы на пристанях, как добывают хлеб насущный простые люди. И все это он показал глазами маленького сор¬ванца Гошки Потехина. Он дитя улицы, знает город, базары, кладбища. На наших глазах происходят малые и большие события в жизни Гошки. Самое интересное, что мы имеем возможность узнать о последующей судь¬бе многих персонажей и оценить их уже глазами Потехина взрослого.
Ав¬тор, Ю. Селенский считал главным героем этой книги Астрахань. И читатели, и астраханские старожилы волею автора не без удо¬вольствия могут прогулять¬ся по улицам «старого» города: по улице Казанская (ныне Чехова), по бывшим Агарянским рядам (ныне ул. Желябова) и т.д. В кни¬ге подробно описаны 15 улиц старой Астрахани. Да, малая родина начина¬ется и с улицы, по которой ходишь. Все перечислен¬ные улицы красноречиво рассказывают о событиях прошлого. А прошлое у Аст¬рахани достаточно интерес¬ное. Наш город знаменит своими базарами. Не знал герой книги Гошка в де¬тстве слова «рынок». Знал — Исады. Большие Исады, Малые Исады, Селенские Исады. Правда, где-то был ещё Калмыцкий базар, Та¬тарский базар, Форпостинский, Коммерческий, Вечерний - всё базары. Рынков не было.
Интересны страницы по¬сещения Гошки Потехи¬на с дедом Гандуринской косы. Они на бударке, под парусом проплывают сёла: Самосделка, Образцово-Травино (приводится ис¬тория названия этих сёл). Описывается природа и животный мир Гандуринс¬кой косы. Городской канал Кутум.

Калиля Ситахметова, зав. методическим отделом Камызякской ЦБС.

ДЯДЯ ГИЛЯЙ ВОЛЖСКОГО ПОНИЗОВЬЯ

Так при жизни называли друзья и коллеги, по аналогии с легендарным королем репортажа Владимиром Гиляровским, замечательного астраханского писателя Юрия Васильевича Селенского.
Говорят, незаменимых нет. Возможно. Но есть неповторимые, что бесспорно. Это люди, о которых бы верующие и атеисты всерьез и в шутку сказали, что их Бог поцеловал в макушку, одарив тем или иным талантом. Люди, которые, в свою очередь, щедро, всей своей жизнью окупали чудесный дар и, завершив зем¬ной путь, становились легендами.
Заслуги журналиста и писателя перед родным городом огромны. Без преувеличения, до сих пор в нашем крае нет рав¬ных Селенскому по силе таланта, самобытному писательскому стилю, ясности мысли, яркой об¬разности, доброму юмору и хлесткой сатире. Хотя можно и представить реак¬цию на торжество самого юбиляра, не терпевшего помпезности и славословия. Изничтожил бы аллилуйщиков меткими остротами и шутками! Между тем судьба отпустила ему, так любившему жизнь во всех ее проявлениях, на земное существование до обидного мало. И эта утрата болью отзывается в сердцах тех, кому посчастливилось лично знать Юрия Васильевича.
Многое в Астрахани напоминает о нем. Вот мемо¬риальная доска на доме по ул. Коммунистической, 8, где последние годы он жил. Есть улица его имени. А пройдешь мимо прекратившего свое существование рын¬ка “Селенские исады” и тихо порадуешься, что Юрию Галишникову вовремя пришла идея взять литературный псевдоним в честь весьма колоритной в прошлом го¬родской окраины, где прошло его детство. Главное же, что в домашних библиоте¬ках астраханцев есть его книги, к которым хочется обращаться вновь и вновь. Ведь все они о нашем крае и его людях, о которых автор писал с неподкупной честностью и горячей любовью.
Даты-вехи, которые, казалось бы, грех забывать, в повседневной суете вы¬скальзывают из памяти. Но спасибо тем людям, которые по долгу службы и по душевной потребности напоминают о них. Один из ближайших друзей Селенского – наш замечательный писатель и краевед А.С. Мар¬ков познакомился с Селенским в 1957 году, когда работал в вечерней школе рабочей молодежи и по совместительству - художником-ретушером в молодежной газете “Комсомолец Каспия”. В этом человеке, рассказывает он, подкупали высокий профессионализм, беззаветная любовь к родному краю, глубокая порядочность, искренность, сердечность, верность дружбе, помноженные на яркий талант. Особенно притягательно его поразительное чувство юмора. Юрий Васильевич находил малейший повод для шутки, розыгрыша, эпиграммы. Но все это было с такой добротой, что никого не обижало. Примером тому созданная по его инициативе рукописная газета местной писательской организации “Дихлофос”. “Мы хотим вынуть бревно из собственного глаза, прежде чем разглядывать соринку в чужом”- таково было кредо этого сатирического из¬дания.
Исключительно чутким и доброжелательным было отношение Селен¬ского к молодежи. О том, как помогал советами Юрий Васильевич в 70-е го¬ды ему, юноше, только что шагнувшему на творческий путь, рассказал астра¬ханский поэт Борис Свердлов.
Ко времени моего прихода литсотрудником в газету “Волга” (1972 г.) Юрий Васильевич там уже давно не работал. Тем не менее частенько наве¬дывался, к великому удовольствию коллег-журналистов. Как же мне было лестно, когда однажды летом такой уже маститый писатель пригласил меня после работы прогуляться по роскошному в те годы парку 17-й пристани. Часа три как минимум просидели мы на скамейке в тенистой аллее, и я зачарованно слушала его увлекательнейшие рассказы о детстве, истории милых селенских улочек, колоритных городских типажах. Уже после смерти Юрия Васильевича вышла его последняя книга “Не расти у дороги”, и в ней я находила те самые эпизоды его биографии.
И в редакции газеты «Волга» до сих пор помнят его розыгрыши, живы и легенды, о которых рассказала на встрече обозре¬ватель “Волги” Нина Куликова. Вот одна из них. Как-то собкор Юрий Селенский отправился в шестидневную командировку на Каспий, в килечную экспедицию. С присущей ему оперативностью написал шесть репортажей с места событий и договорился с судовым радистом, что тот каждый день будет по-одному передавать их в редакцию. А сам в это время отправился в Кисловодск. Утром просыпается в санатории, выходит на крыльцо, а навстречу ему... собственной персоной редактор род¬ной газеты Михаил Гаврилович Южаков. Оказалось, в Кисловодске собрали на зональный семинар редакторов южной зоны России. Что было дальше, легенда умалчивает, остается толь¬ко догадываться.
Селенский очень любил путешествовать. Пределом его мечтаний был Париж. И не случайно. Задумал он написать повесть о пребывании Александра Дюма в наших краях. “Увидеть Париж - и умереть”, - пошутил он с друзьями. Шутка оказалась трагически пророческой: спустя несколько месяцев после возвращения из Франции писа¬теля не стало. А какая бы это могла быть увлекательная книга... “О Дюма надо писать так же, как он сам, - делился Юрий Васильевич. - Весело, с огром¬ной долей занимательности и еще большей долей вранья”.
Сколько прекрасных творений оставил нам Юрий Селенский: «Две пригоршни моря”, “Крутая рамень”, ”Срочно меняется квартира”, “Свал глубин”, “Моряна - ветер шалый”, “Не расти у дороги”, “Одна тревожная ночь”, масса рассказов. Теперь их уже не найти в книжных магазинах, а жаль… Юным посетителям музея культуры стоит задержаться у стен¬да с ними, а после пойти в библиотеку и попросить почитать. Уверяю, скучно не будет!
Марина Гурьянова


В редакции «Волги» с такими её сотрудниками, как, например, Юрий Васильевич Селенский, скукоты просто быть не могло! Вспоминаю. Фёдор Ефстафьевич Субботин в своём кабинете. С утра крутит телефон - нашёл на столе записку, что ему срочно надо позвонить туда-то. Субботин - человек основательный и фигурой, и характером, стоит до конца - крутит! В дверь заглядывает Селенский: «Ну, как, Фёдор?» - «Да всё время занято!» Юрий Васильевич возмущается: «Ну, ты, Фёдор!..» За дверью давится от смеха редакция. Все, кроме Фёдора Ефстафьевича, знают: крутит он свой номер. И подсунул этот номер ему переживающий рядом Селенский. Потом, конечно, Юрий Васильевич будет «уходить» от Фёдора Ефстафьевича, но это потом. А явление в коридорах редакции циркового клоуна с увесистой палкой - шел «на Вы» к тому же Селенскому? Это в историю астраханской журналистики вписать надо.
А поединок с тем же Юрием Васильевичем главного редактора Южакова? Подчиненный «достал», выражаясь нынешним языком, своего босса рассуждениями: мол, быть главным - не значит быть к тому же журналистом, тем более хорошим. Южаков терпел-терпел и выдал так, что Юрий Васильевич зачесал затылок и публично признал: главные редакторы тоже, оказывается, бывают журналистами. Даже хорошими.
Мне скажут, сам баечник, вот байки и вспоминаешь! Какое отношение этот редакционный юмор имеет к творчеству сотрудников газеты? К жизни в их произведениях? А вот какое. У Селенского вышла маленькая книжка под названием «Пешком с пустым мешком». По сравнению с другими его книгами - крохотуля. Но! Когда её прочитали члены приёмной комиссии, они, отхохотавшись, единогласно решили: такому автору членом Союза писателей СССР быть непременно.
Станислав Сендюков

П.С. Я, Дина Немировская, обратилась во многих социальных сетях к астраханцам, которым дорога память как о писателе Селенском, так и об истории нашего города, с предложением оказать мне поддержку в наборе повести «Не расти у дороги» в электронный вид с целью её переиздания к 100-летию со дня рождения писателя: Дорогие друзья! Помогите перевести в электронный формат книгу Юрия Селенского "Не расти у дороги"! Её нужно переиздать хотя бы к столетию лучшего прозаика Астрахани 20 века! Она нужна нашим детям и внукам! Это - летопись нашего города глазами ребёнка! Мне одной набрать книгу не по силам! Набрано пока что только это: https://www.chitalnya.ru/work/1455249/

МАТЕРИАЛЫ ПОДГОТОВИЛА ДИНА НЕМИРОВСКАЯ

Юрий Селенский
«Слово о родном городе» (отрывок)
Утром и вечером город «звучал» на все лады. Если прикрыть глаза, сосредоточиться, то отчётливо всплывает эта горлопанистая реклама: «Сапог, шубу, кости, тряпьё-по-ку-паим!»; «Вот – вода! Кипячёная вода! Холодная, как лёд, сладкая, как мёд, – душу молодит, брюхо холодит!»; «Килинчинский лук! Бабки, бабы, молодайки, торопись! Продам, не вернусь!»; «Угли, угли, берёзовые угли!»; «Ка-ра-син! Мы-ло-нафт!»; «Стёкла вставляем! Стёкла…»; «Ирис, кунджьют, фундук, грецкий орех! Рахат-лукум, халва, армянский лукум, персиянский щербет. Самый свежий!». По утрам и вечерам эти вопли можно было слышать не только на базарах, но и на улицах города. Это был сервис. Это была торговля с доставкой на дом, это была торговля «без подвоха, без обмана – подходяще для кармана!». На дом доставлялось всё, начиная от балыков из белорыбицы и кончая анашой.
Лиц, занятых в сфере обслуживания, было подозрительно много. Новая экономическая политика ко времени моего детства уже изживала себя в концессиях, трестах и на биржах, но ещё вовсю процветала в уличной торговле. Ещё не созрел известный в истории процесс «астраханщина», но вовсю цвели частные вывески на киосках и кутабнях. Лопнул ресторан «Салхино», но ещё держались частные шашлычные мангалы, не начал работать магазин «Торгсин» (торговля с иностранцами), но ещё доживали пекарня Чернова, лавочки, лотки, вечерние базары.
Новые названия улиц и районов пока ещё не прижились, а старые не забылись. Мои ровесники – последние, кто помнит Агарянские ряды, Малые исады, Большую и Малую Демидовские улицы, кононовские дома, армянский проездной мост, ослиный угол, Козий бульвар, Духосошественскую улицу и Свиной переулок, пороховые погреба и Облугшхинскую площадь – всё, что обретало имя на протяжении четырёх столетий. Купаться я бегал к Сапожниковскому мосту по Коммунистической улице, а возвращался по Сапожниковской улице от Коммунистического моста… В пору моего детства уже были Дом инженерно-технических работников и Дом грузчиков. Представьте, какая узкая тропинка шла к первому и какая торная дорога ко второму! В Доме грузчиков я выполнял пионерское поручение по ликвидации безграмотности. Человек, который легко нёс два пятерика на баланке, вдруг пугался и потел, прежде чем сказать но складам: лик-без. Вот этот самый ликбез и есть высочайшее завоевание народа и его власти, которое никому не удалось и не удастся отнять или опорочить. Я не случайно вспоминаю эти мелкие штрихи в облике города и его обитателей. Я познаю свой город в развитии, в сравнении, в сопоставлении дня нынешнего и прошедшего…

Из книги ”Город и Люди” (Астрахань, 2001 г.).

НАШ СЕЛЕНСКИЙ. СЛОВО О РОДНОМ.

Всем, кто пришёл 30 мая в конференц-зал Областной научной библиотеки имени Н.К. Крупской почтить память одного из лучших прозаиков второй половины двадцатого века Юрия Васильевича Селенского, чьё 95-летие со дня рождения мы отметим 16 июня 2017 года, надолго запомнятся яркие и сочные воспоминания Бориса Свердлова о неутомимом шутнике и балагуре, оставившем нам в наследство такие замечательные произведения, как повести «Не расти у дороги», «Срочно меняется квартира», «Крутая рамень» и много других необычайно талантливых произведений.

На мероприятии, посвящённом памяти Юрия Селенского «Слово о родном», выступили также Нина Куликова, Дина Немировская, Вера Саградова. Дуэт Сергей Масловский – Станислав Малов исполнил песни Александра Сахнова, посвящённые Селенскому, в исполнении Д. Немировской прозвучали стихи Павла Морозова о любимом писателе и старшем друге. На мероприятии демонстрировались видеоролик сотрудницы ОНБК Екатерины Плехановой «Селенский» и авторский фильм Марины Лазаревой «Городской роман длиною в жизнь» с воспоминаниями о писателе Александра Маркова и Марины Гурьяновой.

Борису Сведлову

На себя не напуская важность,
Одарив улыбкой всех вокруг,
Просто и совсем не эпатажно
Вспоминал Селенского мой друг.

Говорил легко, вихры ероша,
Без красивых сумеречных фраз.
Показалось, что Потехин Гошка
В двадцать первом веке. Здесь. Сейчас.

Да, сегодня нас совсем немного –
Тех, кто помнит байки наизусть,
Тех, которым проложил дорогу
Наш родной писательский союз.

Мне казалось, что дышать не смею,
В юность вновь перелетев на час.
Если бы не наши корифеи,
Были б мы такими, как сейчас?

Хоть потерь и непосильна тяжесть,
Пусть покато времени плечо,
Мы уйдём. А кто о них расскажет –
Весело, азартно, горячо?

Тихо пелись песни под гитару.
Вспомнился прищур весёлых глаз.
Он ушёл от нас совсем не старым.
Помним. Чтим. Он – рядом. Среди нас.

("Памяти Юрия Селенского" - стихотворение Дины Немировской)

Информационный источник:
https://souzpisatel.ru/nash-selenskij-slovo-o-rodnom/

МАТЕРИАЛЫ ПОДГОТОВИЛА ДИНА НЕМИРОВСКАЯ






Читатели (38) Добавить отзыв
 
Современная литература - стихи